Мужские игры

Оставив записку на самом видном месте, они покинули квартиру, в которой провела свои последние дни Анна Лазарева.

* * *– И чего делать будем? – спросил Коротков.

С Мосфильмовской улицы Настя и Юра поехали на Щелковское шоссе, где жила Настя. На работу возвращаться смысла не было, рабочий день давно закончился, если у сыщиков вообще бывает какая-то длительность рабочего дня.

– Не знаю, Юрик, мне надо подумать. Вообще-то надо бы поставить в известность руководство, потому как один ты Парыгина не возьмешь, а я тебе плохой помощник. Я ведь только думать умею, да и то, как показали последние дни, весьма слабо.

– И Мишка мне тоже не помощник, – уныло подтвердил Коротков. – Парыгин его в лицо знает. Может, Колю Селуянова подключить?

– У него нога еще болит, – напомнила Настя.

– Верно, я и забыл. Тогда Игоря Лесникова. Не бойся, Ася, никуда Парыгин не денется, он же опасности не чувствует.

– Ты думаешь? – с сомнением спросила она.

– На сто процентов уверен. Смотри, что получается. Он полагает, что его связь с Лазаревой не выплыла, в милиции его опросили как случайного прохожего и отпустили без тени сомнения. В хате на Мосфильмовской он живет и держит дорогую аппаратуру, стало быть, в бега не ударился, просто куда-то отлучился. По его представлениям, он в очередной раз выкрутился. Ребята его обыскивали, когда задержали ночью?

– Говорят, что обыскивали.

– Оружие при нем было?

– Нет.

– Вот видишь! – Коротков торжествующе поднял палец. – Он даже оружия с собой не носит. Будет серьезный преступник ходить без оружия, если ждет неприятностей каждую минуту? Не будет. Значит, он этих неприятностей не ждет.

– Или он не серьезный преступник, – добавила Настя.

– А кто же он по-твоему? Дитя невинное?

– А черт его знает! – в сердцах бросила она. – В этом деле одни сплошные перевертыши. Приличный бухгалтер Нурбагандов оказался уголовником Гаджиевым. Скромная продавщица газет среди ночи идет с мужчиной на стройку и сражается с ним не на жизнь, а на смерть. Даже папа…"

"Она не договорила, достала сигарету, щелкнула зажигалкой. Снова навалилась тоска, сжавшая горло спазмом, на глаза навернулись слезы. Юра понял ее состояние и постарался увести разговор в безопасную сторону.

– Если Парыгин и не серьезный персонаж, тогда тем более с задержанием проблем не будет. Эх, жил бы он дома, можно было бы вообще его повесткой вызвать как свидетеля к нам или к Ольшанскому на предмет уточнения обстоятельств ночного происшествия. Якобы поспрашивать: что видел, что слышал, что заметил. А так он повестку не получит. Не в розыск же его объявлять. Лазареву объявили – и получили в итоге труп.

– Ты прав, – согласилась Настя, – в этом случае мы тоже получим труп, только не самого Парыгина, а кого-нибудь из наших.