Мужлан и флейтистка

Интересно все-таки, почему Вера отказалась ехать на юг? Он как-то слабо верил в запрет врачей. Скорее уж у нее какой-то роман и она жаждет сбагрить мужа и дочку. Ну что ж, сделаю вид, что поверил. А поехать к морю вдвоем с дочкой – просто идеальный вариант. Он думал обо всем этом как-то отстраненно, холодно. Как-то это все, вероятно, неправильно… Неправильно не ощущать даже укола ревности, разве что легкую брезгливость… которая, впрочем, не помешала ему вчера днем, а потом еще и ночью воспользоваться своими супружескими правами. Нужна женщина, так почему бы и нет?

– Федор Федорович? – донеслось из-за двери.

– Да! Елизавета Марковна, это я!

На пороге стояла пожилая женщина со следами былой красоты на безнадежно увядшем интеллигентном лице и неуверенно улыбалась.

– Здравствуйте, проходите, пожалуйста, в комнату. О, вы с цветами… Это мне? Как мило… Хотите кофе?

– С удовольствием, – неожиданно для самого себя согласился Федор Федорович.

– Садитесь, прошу вас! Какой вы большой, просто Илья Муромец!

– Да что вы! – рассмеялся Федор Федорович. – Ну на Илью Муромца я все-таки не тяну, хотя бы уж потому, что сидеть на печи тридцать лет и три года для меня неприемлемо. Но за сравнение спасибо!

– Минутку, и я подам кофе!

Хозяйка вышла из комнаты. Федор Федорович огляделся вокруг. Комната была обставлена старомодно, но очень уютно. На стенах картины и фотографии в большом количестве, шелковый абажур над круглым столом и всюду книги, книги… Ему вдруг стало хорошо здесь. А почему – пойди пойми.

Вскоре вернулась хозяйка с подносом, на котором стоял фарфоровый кофейник, чашки, сахарница и сливочник.

– Вот, прошу вас! Ох, я растяпа…

Елизавета Марковна вынула из старинного буфета красного дерева вазочку с печеньем.

– Ох, я уж и забыл, что существуют такие кофейники! Здорово! Спасибо!

Она налила в изящную чашку кофе.

– Берите сахар, сливки…

– Благодарю вас, но я предпочитаю черный кофе.

– Ну как вам будет угодно, а я люблю со сливками и сладкий…

– Елизавета Марковна, у вас так хорошо, уютно, что я чуть не забыл, зачем, собственно, явился. Вот! – он протягивал ей пухлый конверт. – Юра просил вам передать.

– А что это? – слегка испуганно спросила старая женщина.

– Это деньги. Десять тысяч долларов.

– Что? Вы с ума сошли?

– Да я-то здесь при чем? Юра сказал, что они с вашим сыном когда-то договорились… Если с кем-то из них что-то случится, во что бы то ни стало помочь матери.

– Боже мой! Они об этом думали? – по щекам ее катились крупные слезы. – Но это же огромные деньги…

– Да, сумма существенная…

– Но что же мне с ними делать? – растерянно спросила Елизавета Марковна.

– Ну, для начала поменять какую-то сумму на рубли, а остальное лучше все-таки положить в банк.

– Боже мой! – она сжала пальцами виски.