Мужлан и флейтистка

– Федор Федорович, почему не танцуете? – зазывно улыбнулась ему девушка из финансовой дирекции, красивая и дельная.

– Извините, Людочка, не умею и не люблю.

– А пойдемте, я вас научу, это просто!

– Нет уж, увольте, я вам все ноги отдавлю.

Людочка ушла, явно разочарованная.

А пойду-ка я домой, что тут делать… А там Апельсиныч скучает…

– Ириша, откуда синяки? – спросила мама.

– Да в поезде стукнулась, он внезапно затормозил, ну я и налетела…

– А что еще интересного было в Москве?

– Собаку чудесную видела.

– Да вроде беспородная, но такой красоты… Светло-рыжая, пушистая, уши торчком, хвост роскошный…

– И где ж ты ее видела?

– А я от Наташки возвращалась, и слышу, хозяйка ее зовет: «Апельсиныч! Апельсиныч!»

– Как? – удивилась мама. – Апельсиныч? Какое смешное имя!

– Да, но очень этой собаке подходит. Он такой ласковый, милый… этот Апельсиныч!

Ираида старалась не рассказывать матери ничего, что так или иначе может ее взволновать. Поэтому о безобразной драке и о появлении в критический момент Федора Федоровича она промолчала. Но поскольку впечатления ее переполняли, то она позвонила лучшей подруге Лиле, скрипачке из их же оркестра.

– Лиль, есть тема! Закачаешься! Давай завтра после репетиции посидим где-нибудь!

– Не вопрос! А что за тема? Или это не телефонная тема?

– Даже намекнуть не можешь?

– Хорошо, тогда до завтра.

На репетиции дирижер два раза сделал Ираиде замечания.

– Ираида, что с вами? Вы почти никогда не фальшивите, а сегодня…

– Простите! – побледнела Ираида. Для нее такие замечания были как нож острый.

Наконец репетиция завершилась.

– Ирка, что с тобой? – подскочила к ней Лиля. – Да он тебе реже всех замечания делает, а сегодня аж два раза… Это неспроста! Все из-за твоих новостей? Пошли скорее! Только не в буфет, там не дадут поболтать.

– Давай пройдемся до Невского, там где-нибудь и приземлимся, – предложила Ира.

– Погода сегодня хорошая, приятно пройтись…

– Ладно, начинай рассказывать! – потребовала Лиля.

– Можешь себе представить, в Москве я навещала подружку, она заболела. Мы поболтали, и я пошла к метро… и вдруг на меня налетает какая-то тетка, здоровенная, вдвое крупнее меня, валит с ног и начинает мутузить, а при этом орет благим матом, мол, будешь знать, как отбивать чужих мужей!

– А кого это ты, интересно знать, отбиваешь?

– Даже и не думала! Это была жена Карякина. Ей что-то померещилось…

– Да она на меня навалилась всей тушей, а я понимаю, что надо сопротивляться, а то она и убить может, ну я и начала царапаться и пихаться… Но тут вдруг раздался громкий лай, и какой-то мужик схватил эту тушу за шиворот и оттащил от меня. Она стоит, пыхтит, как паровоз.