Наречённая из-за грани, или Мужья в довесок (СИ)

– Всё для тебя, радость моя.

Нет, он нормальный? На серьёзных щах третьего мужика мне в гарем купить предлагает, а потом целует. И намерение продолжать шутливую пикировку тает мороженым на солнце. Вот умеет Виргил целоваться как-то так, что у меня сразу половина мозга отключается, а оставшаяся начинает думать сугубо в одном направлении.

Стук в дверь быстро вернул меня в суровую реальность.

Попыталась было отшатнуться от Виргила, но рук он не разжал, только поцелуй прервал.

На пороге спальни стоял Филипп и взирал на нас… взирал, в общем. Рука его замерла возле деревянного полотна распахнутой створки.

Точно, Виргил же дверь не закрыл.

И нынче смотрел на моего сочетаемого с вальяжным благодушием человека, не видящим в оппоненте ни препятствия, ни угрозы, ни сколько-нибудь значимой персоны.

И до меня дошло.

– Ты специально это сделал?

– Что сделал?

– Это! – я ткнула пальцем в сторону двери и Филиппа.

Не иначе как решил сразу обозначить своё место в гаремной иерархии. Он не сочетаемый, но ко мне куда ближе, чем Филипп… во всех смыслах, ага.

–Ты… – не найдя приличных слов, я пихнула его кулаком в грудь.

Виргил неспешно выпустил меня из объятий, поймал мою руку и поцеловал пальцы, проникновенно глядя мне в глаза.

– Пойду посмотрю, не едет ли Майя, – и, оставив мою конечность в покое, вышел из комнаты.

На пороге притормозил, глянул с чувством превосходства на Филиппа, и тот отступил, пропуская хозяина дома.

– Ты что-то хотел?

– Мне всегда казалось, что едва адара выбирает сочетаемого, как другие мужи становятся ей неинтересны… даже если речь идёт о более чем одном сочетаемом, – чего в удивлённом голосе Филиппа не слышалось точно, так это намёка на ревность.

А с другой стороны, с чего бы вдруг ему ревновать?

– Ну, как сказала Трина, это связь, а не привязь.

– Но он?!

– Оно само как-то вышло, – призналась я.

– Что ж, – в отличие от Виргила, дверь Филипп закрыл, – полагаю, нам следует поговорить, прежде чем… все мы пойдём дальше.

И настроение у него и вполовину не такое игривое, как у Виргила.

И мой настрой, что характерно, вмиг преисполнился мрачного ожидания какой-нибудь подставы гадской.

– Тоже скажешь, что мне не следует соглашаться на предложение Майи?

– Не скажу, – Филипп подошёл к окну, наивнимательнейшим образом оглядел улицу, словно видел её в первый раз.

– То есть тебе пофиг?

– Что? А, это значит «всё равно», да?

– Угу, – всё-таки две недели жизни бок о бок принесли свои плоды и сочетаемые научились понимать некоторые мои словечки, непереводимые на местный язык.

– Нет, мне не всё равно, – покачал головой Филипп. – Однако, полагаю, Люсьен и Виргил уже сказали тебе куда больше по этому вопросу, чем мог бы добавить я.