Мужья для ведьмы, или Покажите мне всех!

Только если там его встретил лишь отпечаток, легкая, но заманчивая тень, то сейчас он смело нырял почти нормальным лицом в концентрат!

В ушах застучало. Дикий и неистовый гон звал сейчас же пометить ее собой. Дать ей попробовать самую малость Коула Войса и навсегда подсесть. Уж что-что, а оборотень ни капли не сомневался в том, что доказать этой малышке свое превосходное владение постельными ласками он бы смог. Вылизал бы ее так, что та визжала бы от восторга!

Какая куколка!.. Мхм… мхке…

Удивленно уставившись в красивую мордашку, Коул быстро сообразил, что девушка под ним смеется от его щекотного дыхания. Взгляд опустился ниже и зацепился за выпрыгнувший сосочек сладко карамельного цвета, упирающийся в кромку слишком тесного белья. Острый и соблазнительный, он просто вынудил оборотня провести языком размашистую линию, слизывая эфир с кожи девушки, дурманящий голову. Он бы и грудку попробовал, но она так трепыхалась, что вряд ли бы оценила ласку по достоинству.

Вот если бы нежные ручки обхватили его плечи… зарылись пальчиками в волосы и притянули к себе… Вот тогда… Да…

В паху уже гудело от возбуждения и похоти. Член упирался в свободные брюки, натягивая их палаткой и выдавая все намерения оборотня. Собственно, девушка пока не обратила на это внимания. Не удержавшись от соблазна, Коул потерся о женское бедро, едва не зарычав.

Он должен быть первым! Обязательно!

Первым завалить эту малышку в постель, первым стянуть с нее остатки одежды и первым слиться в сладком танце страсти. Он бы показал ей, как искусны коты в плотских утехах, и как много удовольствия может подарить от природы шершавый язык.

— Коул, стой! Коул, фу!

Голос Дормуна показался омерзительным скрежетом.

Сейчас испортит ему всю малину! Они почти поладили с этой крошкой, и Коул успел еще пару раз коснуться стоящим пахом ее бедра. Стыдно, но слишком приятно, чтобы сейчас останавливаться.

Удавка сдавила шею, намекая, что сосед по клану так просто не отстанет. Этот остолоп решил, что прямо на его глазах совершаются насильственные действия. Но это же не так! Вон, чародейка хохочет, Коул трется членом о бедро. Разве это насилие? Вполне так приятное времяпрепровождение.

— Мое-е-е-е! — отчаянно сопротивляясь, оборотень все же сдался, выпуская девушку из своих объятий. Да, тяжелых и звериных, но объятий.

Оказавшись на несколько метров дальше от источника дурманящего аромата, голова вернула контроль над телом. Нужно сказать хоть что-то, подняться, сделать вид, что это был такой флирт по-кошачьи.

Возвращая взгляд к стройным ногам, он еще раз поразился притягательности этой ведьмочки, но смог-таки разомкнуть рот, уже человеческий.

— Я… приношу свои извинения.