Мужчина в подарок, или Киборг моей мечты

Мало того, что крылатый, так еще его подвид стоит на грани вымирания.

Оказалось, что детеныши алькаров очень прожорливы и едят всю органику, что попадается в поле их зрения. Но учитывая, что они не двигаются, им остается только ловить свой обед длинным липким языком.

Хм… где-то я уже это встречала. В купе с такими глазами. Может, алькары – далекие потомки хамелеонов, завезенных на Апраксильон первыми колонистами?

Не мудрствуя лукаво, я нарезала на кусочки местный фрукт и подсунула малышу в качестве эксперимента. Фрукт исчез в его пасти, а затем и в желудке в рекордно короткие сроки. А потом еще парочка. И все бы ничего, но только фрукт это был в два раза больше самого алькара.

Придется хорошенько кормить тварюшку, чтобы она не сожрала меня."

"Если верить тому, что я узнала, то мой питомец примерно месяц будет сидеть на мне, почти не двигаясь. Разве что раз в неделю лапы разомнет, передвинувшись на пару сантиметров. Разумеется, в инфосети приводились другие временные промежутки, ведь на Апраксильоне не было как таковых недель или месяцев. Но я по привычке считала время земными отрезками. К тому же, сутки на Апраксильоне оказались всего на пару часов больше земных.

В общем, двадцать восемь-тридцать суток (ну чем не месяц?) он будет только есть, спать и гадить. Затем у него проклюнутся крылья, и он покинет «мать». То есть меня. Но далеко не уйдет. У этих животных сильно развито чувство привязанности. И если проводить аналогию с известными мне земными животными, то алькары умны, как дельфины, преданы, как собаки, и поддаются дрессировке не хуже лошадей.

- Ладно, – заключила я, окидывая свое нечаянное приобретение изучающим взглядом, – раз уж избавиться от тебя не получится, значит, будем дружить. И для начала дадим тебе имя. А потом смастерим памперс. Потому что гадить на меня – не позволю!

Я обернулась к принцессе:

- Лулу, поможешь придумать ему имя?

В ответ она только скривилась:

- Фу! Не показывай его мне.

- Ну посмотри, какой он миленький! – Ага, это я себя или ее пытаюсь уговорить? – Безобидный.

- Мои дженги тоже были безобидными, – напомнила она, отодвигаясь от меня на край кровати, – даже не настоящими! А ты верещала так, будто тебя живьем режут.

Пришлось сознаться:

- Ты права. Я очень боюсь пауков. И этот… алькар мне тоже не очень нравится. У меня уже палец затек, – я вздохнула, – но знаешь, за тысячу лет до моего рождения один очень мудрый человек сказал: не можешь изменить обстоятельства, измени отношение к ним.

Она недоверчиво хмыкнула:

- И кто это был?

- Марк Аврелий. Правитель величайшей империи на Земле.

- Дэйр? – в глазах принцессы мелькнул интерес. – Как папа?

- Ну… почти.