Мужчина с огнестрелом

Кажется, я даже узнал характерное ругательство Самгиной. Значит, все. Значит, всех спасли и можно поспать...

Юлия

Я поерзала, удобнее укладываясь в ванне с медеской. Для разнообразия в этот раз не я лежала на Максе, а он на мне. Уткнулся щекой мне в грудь и спал... уже часа четыре спал. И хотя меня предупредили, что это нормально, что он, хотя и почти надорвался, все же будет в порядке, я беспокоилась. Чувствую его через привязку и... а вот все равно. Беспокоюсь! Имею право, он мой Мастер.

Вот же чучело... чуть каналы себе не пережог нафиг совсем.

С нежностью погладив посапывающего во сне парня по волосам, я откинулась на специальную подушечку. Он все-таки пришел... я до последнего верила и ждала. И он пришел.

Что было там, в катакомбах технических уровней, я помнила очень смутно, да, если честно, подробнее вспоминать и не хотелось. Кусочки мозаики время от времени вспыхивали в голове, как будто на них падал узкий луч света, но никак не складывались в целую картинку.

Вот мы с Крокодилом подсаживаем на карниз последнего малыша... девчонки помладше нас, но старше самых мелких, тоже уже там. Хорошо, что наши все такие тощенькие еще, узкая дыра, с которой Змей снес металлическую решетку, для них в самый раз.

Вот откуда-то из-за переборки доносится хриплый крик, полный ужаса, и у меня волоски вдоль позвоночника становятся дыбом. Мы молча переглядываемся с ребятами и ничего не говорим - мы все узнали голос Руса. Дурак... теперь даже не узнаем, что случилось, и зачем он все это затеял. Потому что его смерть почувствовал каждый из нас...

Вот Тайка хладнокровно отводит нас от того места, где мы проковыряли дырку для мелких - в самый дальний угол заблокированного участка. Это отвлечет тварей, которые поползут за нами, и дадут мелочи убраться подальше по узким вентиляционным шахтам. А мы... Все, что мы можем - это попытаться потянуть время и надеяться.

Вот первый ядовито-зеленый клуб дыма вырывается из-за поворота...

А дальше туман. В котором падают неясные тени и очень страшно. И холодно."

"А потом вдруг, резко, мир вспыхнул огненными реками, в которых я плавилась и текла, как магма из вулкана. И эти реки вынесли меня к Максу - прямо к его белому

-      белее мела - лицу, огромным глазам с расширившимися зрачками, искусанным губам и трясущимся рукам. Не успела я обрадоваться, это чучело клюнуло в меня носом и то ли уснуло, то ли потеряло сознание.

Ну а дальше была какая-то суета, суета... до фига народа вокруг, чуваки в форме, чуваки без формы, преподы, Мастера, старшекурсники - все носились как в попу укушенные, отлавливали разбежавшихся тварей, нянчили выуженных из вентиляции перепуганных дикарят, паковали в переносные медески парочки из почти съеденных Оружий и почти выгоревших Мастеров.