Мужчина не моей мечты

Я на него обижена и не собираюсь так просто сдаваться. А ракушка? Ее можно и потом взять, когда помиримся.

Но братца это ни капельки не смутило.

— Вы слыхали, как ревет

Реактивный самолет?

Это ничего не значит:

Наша Маша громче плачет, — поддразнил он, забавно растягивая звуки.

Глупый старый стишок, которым кое-кто доставал меня с самого детства. Петька не хуже меня понимал, что эта досада не всерьез, долго дуться и злиться на него у меня все равно не выйдет. Как и у него на меня. Что поделать, близнецы…

Где-то рядом лениво плескалось море, обдавая нас мелкими щекочущими брызгами, все жарче припекало солнце, впереди ждали десять дней отпуска, и, несмотря ни на что, меня переполняло счастье. Жизнь все-таки прекрасная штука. Как ни крути.

— Маш, — Петька ласково погладил мою руку. — Машунь, ну хватит.

Повела плечом, сбрасывая его пальцы. Они неожиданно легко соскользнули, брат приглушенно охнул, и я удивленно обернулась.

Исчезли море и нагретый солнцем белый песок, стихли звучавшие вокруг веселые голоса. Позади бесновалась стена огня, и Петька, как-то виновато на меня глядя, все пятился и пятился в полыхающее за его спиной пламя.

— Осторожнее!

Испуганно потянулась к нему, но не успела подхватить — он повалился навзничь прямо в ревущую бездну. Оранжевые языки взметнулись к небу и опали, жадно вбирая в себя добычу.

— Нет!..

Я бы закричала, но голос исчез. Стало трудно дышать. Стиснула ладонью горло, до боли впиваясь ногтями в кожу, царапая ее, и… открыла глаза.

Ужасный сон…

Несколько секунд я не шевелилась, медленно приходя в себя. Не давало покоя поселившееся в душе одиночество, словно я недавно потеряла нечто очень важное. То, без чего невозможно дальше существовать.

Могир… Карета… Саллер… Бой… Петька…

Петька!..

Подскочила на месте, лихорадочно озираясь.

Брата нигде не было. Собственно, никого не было. Никого и ничего. Ни повозок, ни магов, ни виконта с герцогом. Я сидела на небольшой идеально ровной круглой поляне, к которой со всех сторон подступал густой лес. Не тот, через который мы еще совсем недавно ехали, а другой, незнакомый и странный. Он завораживал и отталкивал одновременно, а еще до дрожи пугал. Жуткий лес. Чужой.

Я даже не сразу сообразила, что вызвало у меня такое чувство. Потом поняла.

На первый взгляд деревья, кусты, трава казались такими же, как раньше. И в то же время их цвет, размеры, форма неуловимо изменились. Некоторые краски поблекли, другие, наоборот, стали неестественно яркими.

Затянутое свинцовыми облаками небо. Темные стволы, за которыми чудился странный призрачный полусвет. Серая трава, и на ее фоне как брызги крови — пятна крупной нереально красной земляники.

Ветер не шевелил ни траву, ни листья.