Мужчина не моей мечты

Запру Ольеса в подвале нашего прекрасного нового дома, и его самочувствие будет зависеть от тебя… Только от тебя, моя любовь. От твоей покорности, нежности, готовности дарить мне свои ласки. От твоего страстного «да» в нашу первую ночь. В нашу долгую первую ночь…

Он тяжело задышал и предвкушающе облизнулся. Мамочки! Да этот маньяк патологически одержим дочерью своего начальника, помешан на ней. И судя по всему, уже давно."

"— А потом, когда ты забудешь его и полюбишь меня… уверен, это случится очень скоро… Когда тебе станет безразлична судьба этого неудачника, тогда и посмотрим, что с ним делать. — Он победоносно усмехнулся. — Ты ведь гордячка, моя сладкая девочка. Тебе не понравится всю жизнь оставаться всего лишь любовницей.

Он снова жадно погладил меня по лицу, шее, груди, забираясь пальцами глубоко в вырез платья.

— Ты не захочешь, чтобы все наши дети носили клеймо ублюдков. Так ведь? И однажды согласишься стать вдовой. Сама попросишь об этом. В любом случае в твоей жизни, твоей постели, в тебе будет только один мужчина. Я. Именно я стану безраздельно владеть твоими мыслями, чувствами и твоим прекрасным телом. Привыкай к этому, сокровище мое.

Что-то зацепило в горячечных признаниях безумца, заставляя сосредоточиться.

«Ты не захочешь, чтобы все наши дети носили клеймо ублюдков».

Вот оно!

По законам Намарры, Онижа, да и всех известных мне королевств Риоса, ребенок — не то что рожденный, зачатый вне брака или до брака — никогда не будет считаться законнорожденным, даже если родители впоследствии обвенчаются. Его младших братьев объявят наследниками семьи и рода, он же навсегда останется изгоем. Именно поэтому все претенденты стремились сначала жениться на хэленни, а уж потом заниматься воспроизводством себе подобных. Чтобы магически сильный первенец имел полное право на имя рода и являлся его полноценным представителем.

Лейфри же достаточно обладать желанной женщиной — остальное для него не так значимо.

Хм… А в курсе ли он вообще, какой подарок судьбы стащил из-под носа своего монарха? Или даже не подозревает, что Мэарин — хэленни?

— Меня станут искать, — я внимательно наблюдала за реакцией виконта, — отец, герцог, его величество…

— Искать? Как бы не так! — Мужчина торжествующе расхохотался. — Маркиз считает, что я благополучно доставлю вас в Ониж и вернусь обратно. Не будем его расстраивать. Я передам отцу письмо от тебя с благодарностью, дочерней любовью и известием о том, как ты прекрасно устроилась на новом месте. Ты ведь напишешь его, верно? Напишешь, любимая, знаю. Не захочешь, чтобы я расстроился и выместил свой гнев на Ольесе.

Я так и застыла, чувствуя, как от его тягуче-вкрадчивой интонации мороз пошел по коже.