Мой мужчина

Дверь была двухъярусная, с открытой верхней створкой, что позволяло видеть, как Чад набросил лассо на шею одной из лошадей. Когда он повел животное к двери, остальные направились следом. Он им не мешал и у двери даже придержал кобылу, чтобы дать им дорогу. Однако когда настала ее очередь, Чад прикрыл нижнюю створку. Мэриан сообразила, что первый урок состоится в загоне."

"Выбранную Чадом лошадь нельзя было назвать красивой. Была она соловая — пожалуй, самой непривлекательной из всех возможных мастей — с гривой некогда светлой, но пожелтевшей от старости. Зато она была заметно ниже остальных, что, конечно же, облегчало подъем в седло. Да и до земли с нее в случае чего было ближе.

Между тем Чад вернулся и принялся собирать упряжь.

— Запоминай, что для этого нужно, — бросил он, не поднимая взгляда. — Рано или поздно тебе придется самой седлать лошадей. Правда, это охотно сделает дежурный по конюшне, но в жизни случается всякое, и лучше быть во всеоружии.

— А где же он, этот дежурный?

— Сказался больным утром, перед самым нашим отъездом. Приступ малярии. Вот почему мне пришлось вернуться.

Что ж, по крайней мере теперь ясно, что вернулся Чад не ради урока верховой езды. Очень может быть, что он огорчился, обнаружив ее на конюшне. Решил, что она болтается там в ожидании него. Как неловко! Что ж, если это и так, он взял на себя труд скрыть огорчение — честь ему и хвала.

Мэриан заставила себя прислушаться к объяснениям и нашла их вполне исчерпывающими. Однако этим не кончилось. Когда Чад умолк, он расседлал лошадь и снова побросал все в кучу.

— Теперь ты!

Ну, отлично! Этого следовало ожидать. Одно дело — теория, и совсем другое — практика. Только что все казалось предельно ясным, но вот смешалось и перепуталось. Что же теперь? Признаться в рассеянности? И получить заслуженный разнос.

Чад между тем терпеливо ждал, стоя возмутительно близко, что смущало еще сильнее. Это он нарочно, думала Мэриан. Чтобы отвлечь ее от урока, выставить дурочкой и поставить точку на всей затее. Ему совершенно все равно, что они так близко, а ей — нет.

Между тем она приложила достаточно усилий, чтобы выбросить из головы вчерашний поцелуй, и заслуживала от судьбы немного простой благосклонности. В это утро благодаря тете Кэтлин у нее были другие заботы. Но когда Чад стоял так близко, что можно было ощутить его тепло и запах, непрошеные мысли так и лезли в голову.

Мэриан вспомнилось, что накануне за ужином он выпил на пару с Кэтлин красного домашнего вина. Сама она всячески избегала алкогольных напитков, зная, что даже в малых дозах они сбивают ее мысли и толкают на глупости.