Мой холодный мужчина

– Давай поделюсь пледом, – предложила я.

– Алекс, я вполне спокойно переношу холод.

– Из-за твоей мутации? – нашлась я. – Именно поэтому Маркус посмеивался над тем, что я пыталась закутать тебя в одеяла? Бесполезно было?

Диар вздохнул, повернулся ко мне, и в морозной ночи, освещенной только звездами, сверкнули его глаза.

– Генная мутация, конечно, играет свою роль, Алекс. Именно из-за нее я спокойно реагирую на холод, воспринимаю его немного иначе, чем обычные ариаты. Мне действительно не грозит замерзнуть, даже если не использую свои способности к понижению температуры, но…

– Другое дело, когда ты становишься термокинетиком? – тихо спросила я.

– Да. Здесь тело требует восстановления, уходит много энергии, мне не хватает… тепла, и я мерзну даже сильнее, чем обычный человек в самую поганую стужу.

Я понимала Диара. Стирается своеобразная грань, и все отклонения становятся нормой. Я вот тогда не чувствовала страха и считала это вполне естественным, словно так и должно быть. Диар замерзал, но не ощущал разницы между теплом и морозом.

– Плед и горячий кофе в такой ситуации всегда кстати.

Диар помолчал некоторое время и совсем тихо заметил:

– Психологически отойти после использования силы любому с третьим уровнем способностей сложнее в разы. Мне каждый раз нужно не только тело согреть, но и душу. И плед с кофе во втором случае не всегда сработает. Нужно нечто… иное. Искренняя забота, чужое тепло, внимание… Иногда спасает даже простой разговор и присутствие рядом того, кто не дрожит перед тобой от страха. Откат бьет болезненно и жестко. Для того чтобы вернуться в норму, необходимо время и… помощь."

"Последнее слово Диару далось с трудом.

– Почему ты не обращаешься к специалистам? Неужели у вас нет тех, кто помогает и способствует тому, чтобы облегчить откат?

Диар посмотрел в непроглядную ночь и едва слышно сказал:

– Думаешь, кто-то согласился работать со мной? С тем, кого считают ледяным монстром, способным за секунды превратить все вокруг…

– Вообще-то, у тебя иное прозвище, – не удержалась и оборвала его речь я, пытаясь подбодрить.

Он вскинул на меня глаза.

– Ледяной красавчик.

Диар на это ничего не сказал и по-прежнему не попытался сократить между нами расстояние.

– Они отказывались со мной работать, Алекс, – признался спокойно, ломая этим разговором все барьеры, что возводил между собой и остальными, полностью открываясь и доверяя мне. – Боялись. Находили причины и поводы. Впрочем, их сложно винить в подобном отношении.

– Диар, ты не монстр, – возмутилась я.

– Уверена в этом?

– Ты столько раз спасал мне, да и не только мне, жизнь… На подобное не способно чудовище.

Я сделала шаг навстречу и сказала:

– Ты невероятный, смелый и удивительный.