Мой холодный мужчина

– Соскучился? – поинтересовалась в ответ, прижимаясь к нему.

Диар прерывисто выдохнул и сознался:

– Ты даже не представляешь насколько.

И накрыл меня собой, согревая и даря нерастраченную нежность. Для него она была непривычна, и порой после какого-то своего прикосновения Диар замирал, опасаясь моей реакции.

– Люблю тебя, – прошептала, выдыхая, стоило ему оказаться во мне. – Никому не отдам. И никогда не отпущу. Ты только мой. Мой.

Последнее слово ударило в него, как разряд тока, Диар нашел мои губы и тихо выдохнул в них:

– Я тебя тоже…

Не отпустит? Не отдаст? Любит?

– К твоим ногам все звездное небо положу, если нужно.

И нас смело шквалом страсти и нежности. И когда я вынырнула из него, приходя в себя, за окнами начинался рассвет.

Метель, судя по всему, длившаяся двое суток, стихла, день обещал быть морозным и ясным. Диар подбросил в печь дрова, и я не удержалась, скользнула к нему и обняла такую беззащитную сейчас спину.

– Я тебя совсем вымотал? – поинтересовался Диар, не оборачиваясь.

Я рассмеялась, целуя в плечо и взъерошивая его короткие волосы.

– Выбираться отсюда надо бы, – сказал он, прикрывая глаза от наслаждения.

– Не хочется, – ответила я, вдыхая чуть морозный запах моего мужчины.

– Метель может начаться в любой момент.

Я прикрыла глаза, отпустила интуицию. Диар был прав, долго хорошая погода не продержится.

Он обернулся, ласково коснулся кончиками пальцев моей щеки.

– Мне с тобой так тепло, Алекс, – признался тихо, похоже с большим трудом подбирая слова. – Вот тут, – добавил, положив мою руку себе на грудь, туда, где билось сердце. – Не знаю, как сказать иначе то, что я чувствую. Не умею. Но я научусь, – с самым серьезным видом заявил Диар.

Я улыбнулась в ответ, кутаясь в его объятия, выплескивая безумное счастье, которое билось во мне и не затихало.

– Есть хочешь? Я нашел консервы и могу приготовить травяной чай, – предложил Диар, проявляя заботу.

– Хочу, – отозвалась в ответ.

Диар в очередной раз закутал меня в плед, быстро оделся и вышел из дома. Принес воды из ручья, который тек неподалеку, зажег самые обычные свечи, разгоняя полумрак утра, и принялся колдовать над нашим завтраком. Я не пыталась помочь, лишь наблюдала за его действиями, словно довольная кошка, и глупо улыбалась, не сводя с него глаз.

Наконец консервированное мясо было разогрето на огне, а чайник закипал в очаге.

Мы завтракали, но едва ли замечали, что едим, потому что смотрели друг на друга и не могли оторваться.

Пока Диар убирал посуду, нагрелась вода, и я смогла умыться и немного привести себя в порядок. Самым сложным оказалось распутать волосы, сбившиеся в колтуны. Диар в итоге отобрал расческу и помог мне.