Мужчина моей судьбы

— Это моя женщина, — угрозу в голосе Саллера уловил бы даже самый тупой человек на свете.

— Кемран об этом знает? — Дарен не был тупым, но оказался чрезвычайно упертым. — А Эмина? Кажется, она по-прежнему считает себя будущей герцогиней Фоарндской.

— Это не твое дело. Я сам разберусь со своими проблемами.

— Давай, — легко согласился Леро. — Только пока ты будешь разбираться, я оставляю за собой право ухаживать за той, что мне нравится. И добиваться ее. В отличие от некоторых, у меня нет политических обязательств и предполагаемой невесты. Так что, смотри, не опоздай.

Побелевшие кулаки, напряженные позы, слова, которые едва проталкивались сквозь плотно стиснутые зубы… Эти двое напоминали сошедшихся в поединке бойцовых псов: только что не рычали, а так, еще секунда — и бросятся друг на друга. На оставленную поодаль спорную кость никто из них не обращал внимания. Но «кость» не собиралась безропотно ждать, когда ее поделят.

Сделала шаг, вставая между мужчинами.

— Милорды…

Хватило одного слова, чтобы они замолчали. Разжали кулаки. Выдохнули.

— Ваша светлость, — продолжила я светским тоном. — Мне нужно отыскать графа. Вы меня не проводите?

— Конечно… — голос Рэма звучал почти спокойно. Быстро же он взял себя в руки. — Прошу вас, миледи.

Положила ладонь на сгиб его локтя и, прежде, чем развернуться, взглянула на Дарена, ставя точку в нашем с ним разговоре.

— Маркиз, мне нечего добавить к тому, что я уже сказала."

"— Жаль, — раздалось в ответ упрямое. — Ничего, я подожду.

Вот ведь твердолобый.

За дверью Саллер неожиданно дернул меня в сторону, втягивая в скрытую за портьерой нишу, припечатал к стене и впился в губы поцелуем. Нетерпеливым. Собственническим. Точно ставил клеймо.

— Извини, — шепнул, оторвавшись. Прислонился лбом к моему лбу. — Извини… Я никогда не перестану тебя ревновать, — выдохнул он внезапное признание. — До свадьбы точно. И потом… наверное тоже. Ты простишь мне эту маленькую слабость?

— Я ведь не давала повода…

— О поводе и речи не идет, — пояснили мне абсолютно серьезно. — Любой повод будет устранен немедленно.

И меня снова поцеловали, отбивая всякое желание спорить.

— Мне, и правда, очень нужно узнать, как там Трэй, — пробормотала я через десять минут и еще несколько поцелуев. — Ты его видел?

На душе после встречи с сигилльской принцессой все-таки остался неприятный осадок. И не зря. Когда мы вернулись в зал, брата нигде не было. И, что самое неприятное, — Эмины тоже.

Мы несколько раз обошли бальную комнату, побывали в каждом укромном уголке, не пропустили ни одну нишу, я даже за занавески заглядывала — безрезультатно.

— Мири, что тебя беспокоит? — Саллер активно участвовал в поисках, хотя и не разделял моей озабоченности.