Мужчина моей мечты

Но на этот раз он прислушивался к каждому ее слову и следил за каждым ее жестом, с удивлением и удовольствием наблюдая, с какой грацией и достоинством истинной леди держится Меган. Постепенно удивление Девлина перешло в восхищение, и сами собой у него вырвались слова:

— Боже мой, глазам своим не верю! Куда девалась моя прежняя деточка?

В ту же секунду Девлин понял, что допустил ошибку. Он увидел, как напряглась и застыла у Меган спина, как девушка обернулась… и вздрогнул от неожиданности, внезапно почувствовав острую боль в голени. Он заметил, как испуганно расширились глаза Меган, когда до ее сознания дошло, что муж спровоцировал ее на такой грубый и недостойный поступок на глазах у всех домашних. Поэтому Девлин нисколько не удивился, когда девушка, разрыдавшись, выбежала из холла.

Герцог, как и всякий другой, хорошо знал, что первые впечатления — самые стойкие. Он сам своими необдуманными словами все испортил: знакомство Меган с его слугами оказалось скомканным, легкость и естественность сменились ощущением неловкости… Нет никакого оправдания подобной оплошности, разве что то напряжение, в котором он пребывал последнюю неделю. Впрочем, в таком состоянии он находился все время с тех пор, как впервые увидел Меган…

Не в силах что-либо изменить, Девлин попытался хоть как-то объяснить слугам суть происшедшего.

— Мы долго путешествовали, целых две недели. Естественно, моя жена очень утомилась и поэтому… сама не своя.

— Должно быть, вы тоже утомлены до предела, — произнес стоящий рядом с ним Джон. Дворецкий служил Ротстонам тридцать с лишним лет, и это позволило ему смело добавить:

— Я просто не помню, чтобы вы когда-нибудь прежде совершали подобную глупость, ваша светлость.

Раздалось несколько возгласов одобрения, тихих, но вполне выразительных. Девлин понял, что вина за случившееся возлагается на истинно виноватого, и от облегчения чуть не рассмеялся, но вместо этого вполне серьезно изрек:

— Ты прав, Джон. Честно говоря, с той самой минуты, как герцог Ротстон повстречал эту юную леди, он совсем перестал походить на себя самого.

— Осмелюсь предположить, сэр, что это любовь, — осторожно заметила миссис Бриттен.

— В самом деле? Тогда стоит к этому привыкнуть, верно?

Слуги снова заулыбались, что было весьма кстати: теперь Девлин мог спокойно удалиться, чтобы заняться поисками разъяренной супруги. На сей раз он должен искренне и серьезно извиниться перед ней, если, конечно, ему удастся сделать это до того, как она в очередной раз ударит ногой по его многострадальной голени. Нет, он решительно отказывается снова терпеть эту адскую боль: надо будет непременно купить взбалмошной и упрямой жене мягкие туфельки. Самые мягкие, какие только найдутся!

В конюшнях Меган не было.