Мужчина не моей мечты

Трэй, от которого пахло хорошим вином и почему-то морем, тут же подхватил меня под руку и, ни слова не говоря, повел вперед.

За столом нас с «мужем» усадили напротив Саллера и его новой пассии. Не знаю, случайно это получилось или намеренно, хотя склоняюсь ко второму варианту — у Дальмиры ничего не происходит просто так, но было очень некомфортно. Аниаш бросала на сына такие многозначительные взгляды, что у меня кусок застревал в горле. У Ольеса, судя по всему, тоже. Истель о чем-то чирикала, усердно кокетничала и ни на минуту не закрывала рта, умудряясь при этом еще есть, пить и делать все это очаровательно и изящно. Да, суровую школу проходят светские барышни.

Меня поведение юной маркизы выводило из равновесия и ужасно нервировало. А еще больше — просто-таки невероятно — раздражало то, как подчеркнуто предупредительно и заботливо обращался с ней герцог. Как только я это поняла, тут же начала злиться — уже на себя.

Что мне за дело, кого девица Тонтен пытается поймать в свои брачные сети? И не все ли равно, что мэссер с удовольствием и наслаждением как раз туда сейчас и плывет? Почему я вообще так странно реагирую на этого мужчину? С самого первого дня, с первой встречи, первого мгновения? Да, привлекательный, не спорю. Но поведение, характер… Мне же высокомерные, самоуверенные хозяева жизни никогда не нравились.

«Я предпочту умного, симпатичного, терпеливого, легкого в общении, без вредных привычек и завышенной самооценки. Брутальный, суровый и властный — мужчина не моей мечты», — сама ведь не так давно все это говорила. Что же изменилось? Не понимаю…

Да вообще — не время и не место. Надо думать о спасении, а не терять голову от собственного тюремщика и потенциального принудительно навязанного отца моих будущих детей. Никогда не причисляла себя к глупым мечтательницам, а сейчас… Наваждение какое-то.

Наваждение…

От внезапной догадки я даже покачнулась на стуле, а потом застыла соляным столпом, не донеся до рта очередной кусок.

А вдруг меня и правда околдовали, зачаровали, приворожили к мэссеру с туманными, но явно самыми коварными намерениями? Как теперь узнать? Черт бы побрал этот непонятный, чуждый земному разуму магический мир.

— Мири, — сдавленно шепнули мне на ухо, — что случилось?

Обернулась к обеспокоенному Ольесу."

"— У тебя все в порядке? — Граф не сводил с меня пытливого взгляда.

Кивнула, ободряюще сжала его руку — все-таки, что ни говори, а из Трэя получился бы замечательный друг.

— Все хорошо. Ты-то как? — Всмотрелась в осунувшееся, все еще бледное после болезни лицо. — Выглядишь утомленным. Устал?

— Немного. — Он смущенно усмехнулся. — Почитаем после обеда?

— Конечно.