Мой драгоценный мужчина

– Ваш инструктор уже подлетает к жилому комплексу, будет на месте минут через десять, – добавил он. – Удачи, капитан, лейтенант.

– Спасибо, правитель Наран, – отозвались хором.

И, едва вызов на лиаре прекратился, разом тихонько выдохнули и поймали взгляд друг друга. Мне показалось лишь на долю мгновения, что в глазах Криса мелькнуло что-то похожее на обреченность, но тут же его взгляд стал отрешенным, и он спиной прислонился к стене, отвернувшись в сторону.

Я осталась на месте. Мысли метались, но сердце ликовало, и успокоить его я не могла. Раньше я и думать не смела, что однажды буду тренироваться с Крисом Рейесом. Что-то подсказывает, легко и просто у нас не получится. Крис хоть и прячет эмоции и чувства, кажется сдержанным, весьма прямолинеен и способен на ехидные замечания. И у меня каждый раз, несмотря на это, замирает сердце, и сила обжигает огнем позвоночник. Только, чтобы быть рядом с моим мужчиной, я согласна и на такое.

И меня не пугает, что самая большая проблема будет – это сосредоточиться именно на тренировке, а не на Крисе, по которому я сохну. Но если уж я справилась на первом совместном задании, сейчас должно быть чуточку полегче!

Я чуть повернулась и, не сдержавшись, едва заметно улыбнулась.

Крис Рейес

Я смотрел на огромную площадку с загруженными реальностями для Космических игр, пытаясь, пока мы ждем правителя Нарана и Маркуса Веэйраса, сосредоточиться только на них, и ни в коем случае не то чтобы не приближаться, но даже не смотреть в сторону кареглазой. Последние десять дней, пока шла подготовка к Космическим играм, большую часть дня мы с Харт проводили вместе на тренировочных полигонах. Разминались, проходили реальности, вырабатывали общую стратегию действий, сближались до недопустимых пределов, и я практически сходил с ума.

Моя сила откликалась на нее невыносимо чутко, оплетая щитом при малейшей опасности, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы это останавливать. Но что самое поганое, на кареглазую реагировали не только мои способности, но и эмоции. Каждый раз в груди поднимался такой ураган чувств, что разобраться с ним уже просто не предоставлялось возможным. Если раньше там было одно раздражение и порой злость за это на самого себя, то теперь… Я словно обжигался об нее. Раз за разом. Так, что меня разбивало на искры, выворачивало наизнанку, не давая нормально дышать.

До этого я еще надеялся на усиленные тренировки, чтобы разобраться с происходящим со мной, но теперь окончательно лишился этой иллюзии.

Я прикрыл глаза, чувствуя, как по кончикам пальцев оживает сила, напоминая о своем присутствии и о том, что Харт рядом.

Но винить ее в происходящем я просто не могу. В отличие от меня, кареглазая все эти дни вела себя едва ли не идеально.