Брат мужа

Словно вокруг внезапно оказалось безвоздушное пространство и всяким болезнетворным бациллам попасть через него ко мне было невозможно.

Эта ситуация не изменилась, и когда Иван перестал жить в нашей квартире.

Я не сразу обратила внимание на резкое исчезновение всех тех раздражающих вещей, что раньше так сильно занимали мое время, слишком поглощенная калейдоскопом событий, накалом эмоций в моей жизни.

А потом Иван съехал, перестал служить постоянным живым раздражителем, напоминанием о том, какая я лживая и распутная, перестал сводить меня с ума одним своим видом и взглядами двадцать четыре на семь.

И Сева неожиданно начал очень быстро поправляться, похоже, врач оказался прав, мы преодолели плато, и теперь выздоровление стремительно набирало обороты.

На работе тоже все более-менее устаканилось, третья четверть подходила к концу, все было привычно и спокойно…

О том, что совсем недавно меня терзали бесконечно звонки и коллекторы, я вспомнила совершенно случайно, как-то вечером, перед сном.

Спали мы с Севой по-прежнему раздельно, врач рекомендовал покой, и я лицемерно об этом сожалела, а в глубине души выдыхала. Даже просто спать с мужем, делить одну постель, после того, что я сделала, казалось кощунственным. По крайней мере, пока.

Да и сны меня мучили всякие… Те самые, которых не должно быть у нормальной замужней женщины.

Но я, как выяснилось, очень далека от нормальности.

Мысль о том, что мне давно уже никто не звонит, не преследует, а, между тем, я вообще не платила больше ни процентов, ни основное тело кредита, пришла вечером перед сном.

И настолько она была внезапной, что я села на кровати и схватила телефон, открывая папку спама и пытаясь понять, когда в последний раз получала звонки и угрозы.

Посмотрела, посчитала…

Отложила телефон.

Попыталась вспомнить, когда мне звонил участковый. Он, кстати, тоже куда-то пропал после того случая на Новый год.

И всякие нелепые заявления прекратились. Словно и не было их. А ведь участковый говорил, что по каждому заявлению будет проведено официальное расследование… Это что же, все? Закончено расследование? Почему мне не треплют нервы, почему никуда не вызывают?..

Где все?

Или это затишье перед бурей?

И потом всё в один момент, по закону подлости, обвалится на меня?

Поставив себе в голове галочку поразмышлять над этим основательно, прикинуть, что делать дальше: самой выяснять, куда все делись, или не трогать лихо, пока оно спит, я без сил упала головой на подушку, закрыла глаза…

И, как всегда, вот уже на протяжении двух месяцев, увидела Ивана.

Он склонился надо мной, упер здоровенные ладони по обе стороны от головы и, серьезно глядя в мои, испуганно раскрытые глаза, приказал:

— Не отводи взгляда, Алина.