Муж в подарок

— Дай-то боги, — выдохнул Рейгар, но как он это сказал!

Не будь он драконом, я бы сравнила его с раненным волчищем, у которого перебили волчат.

— И все же, — эльф и не думал отступать и неприязненно смотрел на дракона. — Только ваши жрецы живы! Только ваши! А значит…

— Достаточно! — отрезал Ант. — Я не потерплю драки или голословных обвинений. Держите себя в руках. Трагедия касается всех нас. А не кого-то одного в частности."

"— Хорошо вам рассуждать. Вы-то свой артефакт храните в сердце....

— Что ты сказал?

Ант не кричал, не рычал, говорил тихо, но этот его тон… Будь я там в своей телесной оболочке и бежала бы прочь от такого Антареса. За напускным спокойствием притаился даже не хищник, монстр, чудовище, которое проглотит и даже этого не заметит.

— Да, я знаю, что повелители не имеют особого храма на своей территории! Что ваша часть артефакта, хранится прямо в сердце и…

То, что произошло дальше я могу охарактеризовать только одним  — болтливые долго не живут.

А если и живут, то лишь для того, чтобы успеть вытряхнуть из него все знания.

Ант рывком вздернул за шею эльфа. Просто одной рукой, практически не напрягаясь.

— Мразь, — выдохнул он и сжал пальцы сильнее, а затем прикрыл глаза.

— Он считывает его память. — Прокомментировала ларинь шепотом. —Ломает его защиту и блоки. Сложно будет, когда он станет ломать защиту от повелителей фэлроу. Она тройная. Таковы правила для приближенных.

— Чего?

— Близкий круг повелителя формируется не одно поколение. Вот этот — ставший правителем эльфов, имеет наследственную защиту от трех повелителей фэлроу: деда Антареса, отца Антареса и самого Анта.

Эльф заорал. Даже не знаю, как у него это получилось, учитывая, что его горло стальными тисками держал Антарес. Но он орал, и так сильно, что я зажмурилась и закрыла лапками ушки. Да, я ведь была ларинью.

— Открой глаза, щас все пропустим. И смотри внимательно. Это очень поучительно! — потребовала Швабра.

Нехотя я вновь открыла глаза и посмотрела на Анта. Он весь побелел, по его подбородку бежала струйка крови. Но он не выпустил из рук эльфа и продолжал взлом его сознания.

— архив на хранение, — едва слышно произнес он. И то, я бы и не расслышала, если бы оказывается, одна нахалка не умела читать по губам. — Три тысячи лет…

— Чего? Эльфы хранили какой-то архив и не отдали его повелителям?

— Тише, я же смотрю!

Я замолкла, губы Анта двигались, глаза он прикрыл, но я ничего не уловила. Вот совсем ничего. Что же он там говорил?

— Я сама мало разобрала, — сокрушенно выдохнула ларинь. — Только что-то о вторжении и защите ценных сведений.

— А это не может быть то, на что намекали боги?

— Не может, — фыркнула ларинь. — Зуб даю, это и есть те самые ценные сведения, которые утратили предки Антареса.