Муж в наказание

— Боюсь, она вообще не родится, — без каких-либо сожалений произносит он, окуная меня с головой во тьму беспросветную.

У меня появляется непреодолимое желание выпрыгнуть из машины. Прям на полном ходу. Чтобы сбежать, чтобы защитить своё ещё нерождённое дитя.

Я вдруг осознаю, что Эмир ничем не отличается от тех извергов, что считаются его родственниками.

Он знал это. Знал и даже и не думал предупредить меня о том, что девочке не суждено будет родиться.

Как же так? Это ведь убийство. Разве Эмир готов пойти на такие меры?

— И ты только сейчас мне об этом говоришь? — губы и подбородок дрожат, по щекам катятся слёзы, я стираю их рукавами, и чувствую как на моё колено ложится его рука.

— Диана, успокойся, — тихо произносит он, сжимая бедро. — Всё будет хорошо. Обещаю.

— Обещаешь? — дерзко выкрикиваю, скидываю его руку с резкостью. — Как ты можешь пообещать мне, если даже не знаешь, что будет с нами завтра?! Почему ты не рассказал мне всю правду? Почему, Эмир?!

— А чего ты ожидала, когда я говорил тебе о том, что Каплану нужен наследник? Это всего лишь моё суждение, основанное на предположении. Как в действительности будет, доподлинно знает только он и никто больше. Я не знаю всей правды, но я попытаюсь разузнать, клянусь тебе. Я добьюсь от него правды, чего бы мне это ни стоило, — нет, он не изверг. Он такой же человек, как и я. У него тоже есть страхи и опасения. Можно даже поспорить, в ком из нас двоих их окажется больше. Разница лишь в том, что Эмир не привык показывать свои слабости, а я не научилась различать их под герметичной маской бесстрастности. — Пока Каплан не вышел на сделку с Ферратом, мы лишь пешки у него в руках. Но как только сделка провернётся, я сделаю ход конём. Поэтому я вынужден сейчас оттягивать время. Именно поэтому я солгал!

Скидываю со ступней балетки и забрасываю ноги на сиденье, притянув колени к своей груди. Заставляю себя дышать ровнее, а не получается хоть ты тресни.

— Но я думала, ему будет достаточно одного наследника. Разве София не мальчика ждёт?

Эмир отрицательно покачивает головой, сжав руль до хруста в костяшках. Его самого мучает столько всего, что мои мучения могут оказаться пшиком на фоне его.

— Я тебе однажды уже говорил, как Каплан дорожит своей репутацией. Все в округе наслышаны о бесплодии Назара. Никто не поверит в сказку про чудесное исцеление. Пока София замужем за Назаром, новость о её беременности повлечёт за собой клубок сплетен, который, в свою очередь, вырастет до таких размеров, что накроет тенью позора весь род Элмасов.

— Из-за того, что она позволила себе крутить с тобой?

— Ну конечно. Мне было плевать, а чем она думала — я не знаю. Измена — это грех, а измена замужней женщины с братом собственного мужа — это проступок, не заслуживающий прощенья.