Муж сестры мной одержим

Хотелось извиниться и спросить как много неприятностей я создала, но смелости даже на это не хватало.

— Мы приехали, — первый раз за вечер подал голос водитель, потому что оказалось, что машина стоит перед моим домом уже минут пять, но никто из нас этого не заметил. Что я, что Габриэль были заняты своими мыслями.

— Я открою тебе дверь, — говорит мой “муж” и следом помогает выйти из машины.

Когда мы подходим к двери моего дома, я уже готова пригласить его на чай, кофе, ужин и все что угодно, потому что я на самом деле ему благодарна, но Габриэль меня опережает.

— Я думаю, что не нужно объяснять почему мне придется пожить здесь несколько дней. Минимум, — говорит он устало, показывая, что и сам не рад такому раскладу.

Я соображаю туго потому что перенервничала и устала. Конечно, причина на поверхности, но пока что я ее не вижу. Он это понимает и поясняет.

— Ты же не хочешь, чтобы твой новый приятель понял, что мы не женаты? — блин, это же была моя ложь, а теперь Габриэлю придется подыгрывать, — к тому же, мне нужно убедиться, что этот отмороженный огрызок не ломится сюда посреди ночи и ничего тебе не сделает…

Глава 17

Мне казалось, что я уже отвыкла от чувства неловкости и необходимости держать все под контролем, когда нахожусь в собственном доме.

Как бы ни так. С приездом Габриэля это чувство появилось снова. Я больше не могла на столько беззаботно и комфортно чувствовать себя в своем доме, потому что я не могла забыть о том, что находилась здесь не одна.

Я бы не сказала, что меня это тяготило. Скорее всего, дело было совершенно в другом. Я не могла себе позволить все то, что позволяла раньше. Мне было неуютно показаться перед ним в простеньком халате и с растрепанными волосами.

Теперь, перед тем как выйти из комнаты, я тщательно наводила марафет. Возможно, что это были мои заморочки, но я не хотела бы, чтобы мужчина — отец моего ребенка думал обо мне как-то плохо.

Я убеждала себя всякий раз, что мне безразлично его мнение, но при этом чистила зубы и красила губы гигиенической помадой (я бы и обычной накрасила, но тогда мои попытки казаться лучше стали бы слишком очевидными). А после этого я выбирала наряд покрасивее и укладывала волосы. И все для того, чтобы, например, спуститься вниз и попить воду.

В такие моменты я чувствовала на себе его взгляды и не могла сказать, что мне это не нравилось. Я даже улыбалась, но затем всегда следовало смущение. Я краснела, как только понимала, что он тоже мне улыбался.

Делая демонстративно вид, что его там не было я гордо выходила из комнаты, а потом что есть силы спешила к себе. И каждый раз ругала себе и твердила, что подобного больше не повторится.

И потом повторяла. Не раз и не два, а день за днями.