Муж подруги

Сдерживая себя, пока не выровнял темп. Медленно, медленно, нежно, мучительно сладко. Но ненадолго выдержки хватило, слишком сильно изголодался. Сорвался, понеся ураганом, бешеными толчками. А ее накрывало от этого волнами, поднимало выше и выше, пока не закатились глаза от острого наслаждения, а мир не взорвался тысячей солнц. оседая яркими искрами под ресницы.

А потом они, подрагивающие от изнеможения, переполненные блаженством, наконец сползли на пол.

- Ну здравствуй, - пробормотал он, прижимая ее к себе и усаживая на колени.

- Ну здравствуй...

Алену, наверное, не отлепить было бы от него, но Влас шумно вдохнул ее запах, провел языком по ложбинке между грудей, слизывая пот. И закатил глаза:

- Мммм...! Я так проголодался. Картошку пожарила?

Поднялся с ней на руках - и прямо в ванную. Мыться.

***

Как наступает эта точка невозврата, после которой переворачивается жизнь, и двое уже не двое, а одно целое на всю жизнь?

Просто и незаметно наступает.

глава 48"

"В санузле однокомнатной квартиры не так уж много места, но его точно хватит на двоих. Правда, ванна тут тоже была не такая великая. И все равно, увидев ее, они переглянулись и синхронно заулыбались воспоминаниям о той большой ванне, что осталась в задрипанной квартирке, где они были счастливы.

- Тесновато будет, - шепнул ей Влас, прихватывая зубами ушко.

- Да, тут никак... - смущенно пробормотала Алена.

- Мммм? - промычал он, выгибая бровь.

Включил воду и стал быстро избавлять ее от остатков одежды. Потом разделся сам, уселся на бортик и потянул ее на себя.

- Иди ко мне, - в голосе жар.

А у нее дыхание остановилось. Она не видела его без одежды с того самого дня, как они расстались. Когда он сказал ей, что не смог прийти, потому что сдыхал, она не представляла себе. Не могла поверить...

У Власа было по-мужски красивое, крепкое тело, с упругой гладкой кожей, без волос. Раньше ей даже приходило в голову, может, он их специально удаляет. К черту волосы! Его спина... Спину теперь покрывали шрамы, широкие, неровные. И такие же же на груди и на боках. А один на бедре... Совсем огромный! И свежие синяки.

- Влас? Что это? - заплакала она, касаясь кривого шрама на боку, заканчивавшегося где-то под левым соском.

Он мягко отвел ее руку.

- Ничего. Это просто зарубки, которые оставила на мне глупость.

- Влас...

- Тшшш, не надо. Лучше иди сюда, - притянул к себе и шепнул на ушко. - Обхвати меня ногами. Вот так...

И влез вместе с ней в ванну. Да. Тесновато, конечно, но приноровились как-то. А потом опять исчезло все, осталась одна лишь горячечная жажда и сладость...

Правда, вода, которой в ванне осталось маловато, остыла. Но ей еще не хотелось отрываться от него. Так и лежала на его груди, закрыв глаза, а он перебирал пальцами ее влажные волосы..

- Я скучал. Наверное, умер бы без тебя, - проговорил, глядя в потолок.