Муж на сдачу

Никогда еще ни одна женщина не одаривала его таким безразличием!

— Всю промочил, тюфяк придется вынести на просушку, — бормотала Мари себе под нос, — стирка мне сейчас совсем некстати, столько надо сделать, не знаю, за что первое хвататься.

Подхватив тюфяк, слегка согнувшись под его тяжестью, Мариэта вытащила его во двор и уложила на деревянный топчан, как раз под жаркие лучи Дневного Ока.

— Ясного дня, соседка! — окликнула её соседка справа — Мирена. — Как ночевали? Брату не лучше ли?

— Ясного дня! — отозвалась Мариэта. — Спасибо, лучше. Лихорадка отпустила. Сегодня Михэ ещё отлежится, а завтра, с помощью Единого, поможет мне пристройку в порядок привести.

— Летнюю кухню? — соседка бросила взгляд на помещение, — хочешь его там поселить?

— Конечно, не в одном же доме с неженатым мужчиной жить? Хоть и брат, да и помолвлен он, но зачем давать повод?

— Правильно! — поддержала Мирена. — Я через оборот-полтора освобожусь, зайду, помогу по-соседски. И Крияну надо спросить, может, она захочет.

— Да не надо, — только сводного отряда кумушек ей тут и не хватало! — Сами справимся потихоньку!

— Брось, втроём мы твою пристройку за оборот отмоем, а одна ты полдня провозишься, — Мирена махнула рукой и скрылась за забором.

Вот так — думала, что соседки только на сплетни способны, а они ей помощь предлагают. Надо скорее обсудить всё с «братом».

— Михэ, через оборот соседки зайдут, помогут прибраться в летней кухне, — с порога начала она объяснять, — я не просила, сами предложили. Откажусь, решат — нам есть, что скрывать, поэтому внимательно слушай. Ты — мой двоюродный брат, сын моей тёти Валеи со стороны отца. Отца звали Деннис. Жил ты в Империи, в Дакре, держал лавку.

— Какую ещё лавку? — возмутился Михаэль. — Потом, меня иначе зовут, я же говорил."

"— Но я уже сказала Крияне, что твоё имя Михэ. Прости, но теперь придется мне так обращаться, а тебе — не забывать отзываться. Лавку не хочешь, а чем ты мог заниматься? Работать ты не умеешь, сам сказал. Возьмёшься за корчёвку — все увидят, что к такому труду ты непривычен. Так, хоть, на лавку можно списать. Мол, с детства за прилавком, лопату в руках никогда не держал. Спросить забыла — ты писать и читать умеешь?

От возмущения у мужчины едва дым из ноздрей не повалил.

— Я что, похож на неграмотного? Да я…

— Грамотный, и ладно, — покладисто согласилась женщина. — Кем же ты будешь у нас? Думай быстрее, у нас мало времени.

— Я хорошо оружием владею, — задумчиво проговорил раб. — Мог уроки фехтования давать?

— Кому — крестьянам? Нет, нужно дело, каким простые люди занимаются. Может быть, писарем? Точно! Отец твой с матерью держали книжную лавку, и ты с детства пристрастился к чтению. Когда вырос, тебя взяли писарем и переводчиком в управление местечка.