Мой бывший муж

Во вчерашней рубашке и даже носках с трусами. Противно стало. Ладно, в офисе в порядок себя приведу и жизнь свою тоже. Мобильный зазвонил неожиданно, врываясь в калейдоскоп мерзких мыслей. Вика звонит. И такая злость меня взяла, что стекло переднее опустил и выбросил телефон нахер! Как здорово я переложил вину на женщин! Прямо красава. Вика соблазнила. Катя в положение не вошла. А я кругом жертва. Ну не молодец, а?! Я ведь все понимал, но мыслил сейчас совсем не адекватно и рационально. Мне тоже больно. Я не хотел терять семью, но не знал, как удержать! Меня так злило это, что налет цивилизованности смыло напрочь. Я лишился Мальвины своей, и в отместку сердце ее разорвал. Я не хотел быть один в долине потерянных душ. Эгоистично, да, но я всегда был эгоистом.

– Ксения, – рявкнул я, заметив, что секретарша лицо малюет вместо того, чтобы звонки принимать, – быстро свяжись с Лантратовым Маратом Рудольфовичем. Я жду.

Влетел в кабинет, пиджак помятый бросил на кресло, как фитиль, вымоченный в керосине, вспыхнул, прокручивая в уме ругань с Катей. Не нужен я ей! Противен! Тошнит от рожи моей! Маленькая вредная сучка! Она всегда такой была. И такой же осталась. Никому не давала права на ошибку. Топором от себя отсекала. Ну и пошла нахер, значит! Кончать жизнь самоубийством, потеряв ее королевское величество Мальвину Принципиальную, не буду!

– Вадим, тебя где носит? – Костик вошел стремительно. – Мы же объект инспектировать должны были. Из комиссии червяки ждут уже… Дым?

– Сейчас, помыться нужно, – грубо ответил и часы на стол бросил.

– Дым, что-то случилось?

– Да, случилось. Меня жена из дома выгнала, развода хочет.

– В смысле? Катя разводится с тобой?! – даже он не верил. – Почему?

– Почему? Хочешь знать почему?

Костик, сложив руки на груди, молча ждал и смотрел очень серьезно. Не балагурил как обычно.

– Потому что я переспал с Викой. Всю ночь трахал ее, а потом домой приехал, пропахший еблей и мудачеством. Достаточная причина? – приподнял бровь вопросительно.

– Предельно, – сухо согласился Костя.

Я устало по лицу провел, пытаясь сорвать маску ожесточенного циничного похуиста. Но не вышло. Сегодня я гребаный джаггернаут[3]."

"– Раз выгнала, значит, так нужен ей, – достал сигареты и закурил, часто затягиваясь. – А я, раз на Вику запал повторно, значит, Катю не люблю больше. Нахрена мне с ней жить?

Я сам себе не верил, но на Костика смотрел с вызовом: пусть попробует возразить, у меня кулаки пиздец как чешутся. Жаль, что самому себе рожу не набьешь.

– Ксения, – нажал на селектор и буквально зарычал, – ты дозвонилась до Рудольфовича?

– Дым… – друг руку на плечо положил, остудить пытался.

– Люди каждый день разводятся, – резко выпустил дымную струю. – Не мы первые, не мы последние.