Мой бывший муж

Ника – внучка и мои женщины якобы априори будут для Ирины Владимировны на ступень ниже. К узам крови мама относилась серьезно, это да. Я не то чтобы не верил Вике, но проверить нужно было. Так, на всякий случай.

– Деду помогает, – усмехнулся я. Пусть не боится, привез я Нику, не лишил встречи.

– Я к ним, пойду поздороваюсь.

– Мам, будь осторожна в выражениях.

Она нахмурилась, не поняла.

– Про Вику.

– Если хочешь знать, я считаю…

– Я не хочу, – мягко прервал. Мать все-таки. Но ее позицию знал: если они уже знакомы, что я скрываю Вику? Сам тумана нагоняю! Как объяснить, что дым токсичный у меня в голове!

Я вышел на полностью застекленную террасу, прозрачную, как слеза, а ноябрьская морось только усиливала ощущение рыдающего неба. Затянулся айкосом и скупо улыбнулся, наблюдая за возней в беседке: зона барбекю превратилась в игровую площадку. Ника раскраснелась и стянула шапку с шарфом, куртку расстегнула и носилась с шампурами за дедом. Он побагровел от натуги, видно, сложно уже поспевать за активным ребенком. Надо сказать, чтобы поменьше носился за ней, инфаркт не хватало заработать.

Нужно помочь ему и проветриться в дыму. Тем более Ника шампура, как рапиру начала использовать. Вот, значит, для чего она про фехтование спрашивала в последнее время. Зря отец не использовал решетку. Видите ли, для него такое мясо не настоящий русский шашлык. Зря."

"– Вкусно? – спросил у Ники, уплетавшей поочередно сосиски и мясо, закусывая хрустящим ломтем домашнего багета и запивая сладким лимонадом. Кто тут вообще гимнастка?!

– Очень вкусно! – едва прожевав, ответила. Вероника обожала ездить к бабушкам и дедушкам: здесь не ругали, баловали, защищенная и обласканная безоговорочной любовью своих родных. И все равно целиком и полностью мамина дочка.

– Дед, а вот скажи мне, – Ника очень прямо и проницательно, как ей показалось, посмотрела на него, – ты дружишь с Викой?

– Не понял, – отец даже покраснел.

Мне хотелось и смеяться, и плакать. Ты дружишь с Викой?!

– Вот папа дружит, и она целует его в губы. А тебя?

– Ника, хорошая моя, ну ты о чем вообще?

– Ба-ба! – она покачала головой. Разговор серьезный.

– Земляничка, Вика своих друзей, – я обвел взглядом родителей, – целует в щеку.

– Эх, папа, – она вздохнула картинно. – Значит она твоя девушка, а не подруга.

– Так, я предлагаю разрезать пирог, – Ирина Владимировна Полонская сглаживать углы умела и отвлекать детей. Или ей так казалось.

– Знаете, что говорит Флавия де Люс? – спросила Ника, когда мы с отцом встали, чтобы поговорить с глазу на глаз.

– Что? – спросил он с любопытством. Я перекрестился. Некоторые цитаты этой героини не в бровь, а в глаз.

– Девочка с девочкой всегда понимают, нравятся ли они друг другу.