Муж и жена - одна сатана

Разумеется, Тирен, который был в курсе того, что Бертс не рядом с поместьем гулял, догадался, откуда тот все узнал. И даже умудрился поругаться с Элизой, но Лили мудро взяла всю вину на себя, поэтому конфликт быстро исчерпал себя.

По настоянию личного лекаря графа Одену пришлось лежать в своей комнате. И он был чертовски недоволен таким предписанием.

— Ух ты, какие мы недовольные, а? Съели корзину лимонов и забыл заесть сахаром?

— Дядя Бертс! — Восторга в голосе Одена была не так много, как в предыдущие встречи. Но если бы Бертс знал, в каком состоянии в последнее время находился его племянник, то он бы понял, что ему весьма рады.

— Что-то не слышу радости в твоем голосе. Ладно, собирайся, есть разговор.

— Но лекарь запретил мне...

— Запретил тебе тренироваться. Ходить можно, особенно, под присмотром взрослых. Давай так. Я не стану говорить, что пришел сюда случайно, поэтому и ты побудь со мной откровенным. Я не собираюсь тебя убеждать в том, что мечник сильнее мага или маг сильнее мечника. Я хочу, чтобы ты взглянул на силу иначе. Собирайся, хватит тут разлеживаться.

Дом был как нарисованный. Всего два этажа, выкрашенный в теплые цвета, с большими окнами и потрясающим иридарием перед входом. Только благодаря этому Оден сразу и понял, для чего куплен этот дом. Ирисы — любимые цветы Лили.

— Собираюсь сделать Лили предложение. Чуть позже, надо же по правилам поухаживать за ней хотя бы месяца три. На будущее, Оден. Никогда не лишай свою женщину ухаживаний, даже если она тебя безмерно любит и готова выйти за тебя замуж хоть сейчас...

— Совет от человека, который полгода сомневался в том, начинать ли ухаживать за женщиной по какой-то непонятной причине...

— Эй! — Подзатыльник прилетел мгновенно.

— Я посмотрю, будет ли счастлива Лили. И тогда решу, следовать ли твоему совету, — хитро улыбнулся Оден.

— Вот же шельмец, а! — восхитился Бертс: этот ребенок поражал его своими не по-детски разумными мыслями уже не раз. — Давай посмотрим внутри, а? Может, посоветуешь что-то. Один твой совет пришелся мне очень кстати.

Разговаривая со своим дядей, Оден чувствовал, что впервые за все время спокоен. Они ходили по комнатам, осматривали столовую, зал, гостиную.

— Знаешь, Оден. Был у меня период, когда я постоянно сражался, выполнял государственные поручения, стремительно делал карьеру. Лелеял свою значимость, гордился, какой я сильный. И думал, что очень счастлив. Но сейчас посмотри на меня, а? Я отказался от наследства, на собственные средства купил небольшой домик и деревушку поблизости, которая будет давать доход, путешествую по миру и планирую покорить самую замечательную девушку на свете. Как ты думаешь, что я чувствую? — спросил Бертс.