Бывший муж

Маша кончает с «ненавижу» на губах.

Громко стонет, притягивая меня к себе за волосы. Кончаю следом на живот. Восстанавливаю дыхание, размазывая сперму по животу и бедрам.

— Меня тошнит от тебя, — бормочет обессиленно.

Отталкивает меня и встает на ноги. С трудом, уронив голову на грудь, закрывается от меня волосами. Я пытаюсь обнять ее, к себе прижать, потому что мне это надо сейчас. Но вместо этого получаю очередную оплеуху.

— Проваливай.

Держась за стену, снова пытается уйти от меня. Я за ней. Догоняю в комнате у кровати. Разворачиваю к себе лицом и, обхватив талию руками, бросаю спиной на матрас. Наваливаюсь сверху.

Мне все еще мало.

— Нет! Хватит, Руслан! Остановись! Не могу больше…

— Нихрена! — рычу, зарываясь лицом в пышную грудь, — у меня, в отличие от тебя, сто лет секса не было.

Вылизываю острые соски и стону от наслаждения с Машей в унисон. Боже… как я жил без нее?!

Маша… девочка моя… что я натворил!!!

Колотит меня от эмоций. Ох*еть… на слезы пробивает. Она, кажется, тоже плачет или мне это только кажется.

— Не прощу, — доносится до слуха еле слышное.

Пихает меня ногой и, перевернувшись на живот, пытается от меня ползти.

Возвращаю, подгибаю колени и вдавливаю грудью в матрас. Удерживая оба ее запястья за спиной, целую узкую спину, поясницу, ягодицы.

Слышу судорожный вздох. Больше не сопротивляется.

Я продолжаю ласкать языком. Всю. И тугое колечко и сочащиеся влагой, набухшие складочки. Добавив пальцы, в два счета довожу Машу до оргазма.

И только после этого заполняю ее собой. Двигаюсь медленно, размеренно, зацеловывая ее шею и плечи.

— Люблю… только тебя… всегда… — вырывается на пике наслаждения.

— Ненавижу…

В этот раз она кончает долго. Бьется в моих руках, сгребая руками постельное белье. Сыплет проклятиями. Плачет.

Глава 43

С трудом разлепляю глаза и пытаюсь вылезть из-под Руслана. Не дает. Фиксируя меня сзади, тяжело дышит мне в затылок. А руки, очевидно, живут своей жизнью. Гладят, трогают, ласкают.

Будто он не насытился. Словно ему все еще мало.

— Ты научилась давать сдачи, — шепчет еле слышно, — ты очень жестока, Маша.

— И не думала… мне безразличны твои чувства.

— Тебе хорошо с ним?..

Чувствую, как, убирая волосы в сторону, открывает себе доступ к моей шее. Сначала легонько касается губами, потом влажно лижет языком и, наконец, ощутимо прикусывает зубами.

— Не смей! — кричу хрипло.

— Хорошо?.. — шипит напряженно.

— Я не буду обсуждать это с тобой! Тебя не касается!

Лебедев откатывается в сторону и, поднявшись, садится на кровати. Я тоже переворачиваюсь на спину.

— Уходи, — прошу, спрятав лицо в сгиб локтя.

— Маша… я люблю тебя.

— Ой, не надо! И еще, — открываю глаза и смотрю на его бугрящуюся мышцами спину, — мы не предохранялись.