Музейный артефакт

Тот стоял ни жив, ни мертв. Он ничего не понимал. Почему неизвестные сборщики сумели сделать то, что не удается службе казначейства уже много лет?! Может, это слуги султана, которые перешагнули через местного казначея?

– А кто послал вас к Саббаху? – не выдержав, спросил он.

– Ты же сам отдал приказ, о светлейший Нури-ага! – доброжелательно произнес парень с родинкой, засовывая руку в кожаный мешок.

– Нет-нет, я их не посылал! – приложив руки к груди, растерянно забормотал главный казначей. И вдруг его пронзила мысль, еще более ужасная, чем возможный гнев наместника. Незнакомые молодые люди в одежде пропавших сборщиков, их лихорадочно блестящие глаза, их мешки, которые никто не проверял, их позы готовых к прыжку барсов, расчетливо выбранные места – розовощекий ближе к наместнику, а второй – ближе к нему самому… Это изощренные и расчетливые убийцы!

– Ассасины! – изо всех сил закричал он. – Стража, держи ассасинов!

Вымуштрованные стражники бросились вперед, заслоняя телами наместника. Но было уже поздно. В руках у мнимых сборщиков сверкнули кинжалы. Розовощекий пырнул одного охранника в живот, ловкой подсечкой сбил с ног другого, полоснул по лицу третьего и, проложив себе дорогу, вонзил кинжал в грудь Муслим-паши.

– Да здравствует Хасан ибн Саббах, – крикнул он, радостно выпрямляясь и принимая град ударов копьями и клинками.

На этом картина окружающего мира для Нури-аги померкла и оборвалась: парень с родинкой одним прыжком подскочил к нему и ударил кинжалом в сердце.

– Да здравствует святейший шейх ибн Саббах, – крикнул он, бросая окровавленный кинжал под ноги набегающим стражникам и улыбаясь кромсающим тело саблям…

Через минуту все было кончено. На благоухающей цветами аллее раскинулись тела наместника провинции, главного казначея и двух охранников. Все они были мертвы, даже тот, который получил только разрез щеки. Их лица были искажены ужасом и болью, в отличие от изрубленных и истерзанных ассасинов, которые и мертвые радостно улыбались. На красном песке крови видно не было, зато она обильно залила траву и прилегающие кусты. Здесь же валялся отравленный кинжал и два кожаных кошеля, набитых камнями с горы Аламут…

* * *Крепость Аламут"

"К лету друзья окрепли и возмужали. Они успешно освоили все дисциплины: фехтование, стрельбу из лука, владение ножом и кинжалом, кулачные бои, лазание по скалам и крепостным стенам, упражнения с тяжелыми булавами, верховая езда и укрощение лошадей… Серьезным испытанием было длительное – по несколько суток, неподвижное сидение за камнем, вроде как в засаде… Проводились занятия по изготовлению ядов из самых обычных, распространенных в быту средств, а также оружия из подручных предметов.