Музей смерти

 – Поделишься информацией? Сделаешь приятное нам обоим? Можешь рассчитывать от меня на любое содействие – в разумных, конечно, пределах; а взамен – всего лишь кроху этой самой информации… Ты не волнуйся, дальше меня это дело не уйдет, даже мой шеф останется в приятном неведении…

– Я не понимаю, – перебил я, – ты его замещаешь или подсиживаешь?

Кривицкий вежливо хохотнул, давая понять, что оценил мое чувство юмора. Он был сегодня самой учтивостью – что для моего приятеля в корне нехарактерно. То, что ментов интересовали события во владениях Якушина, удивления как раз не вызывало. Любопытным было то, что Сергей Борисович, похоже, воздвиг для них такой заслон, что полиция не прочь воспользоваться услугами даже частного сыска. Может, еще приплатят? Возникало беспокойство: не угодить бы между двух, а то и более огней. Я тоже начал колебаться, в памяти всплыл призрак серой «Хонды». У полиции все базы, техсредства, личный состав – только свистни, и они ее найдут. А то, что в «Хонде» находились не служители законности, я был почти уверен.

– Давай потом поговорим? – предложил я соломоново решение.

– Ты не один, – догадался Кривицкий.

– Я не один, – согласился я. – До новых встреч.

Варвара промокнула губы салфеткой и прищурилась. Я вслушивался в ощущения. Вроде никто не лез в мое сознание, расталкивая локтями второстепенные сущности.

– Могут возникнуть проблемы, – предупредил я. – Этот человек считается хорошим товарищем, но посыл уже понятен: ментам интересна любая тема, связанная с вотчиной Сергея Борисовича. Я далек от мысли, что они хотят найти там что-то нелегальное…

– Да, это интерес другого рода, – согласилась Варвара. – Предлагаю не плодить сущности. Сергей Борисович знает, что нужно делать в подобных ситуациях и на какие рычаги воздействовать.

– Ты хорошо его знаешь?

– Ну, да, неплохо. – Она насторожилась. Видимо, тема была деликатная, и не все вопросы нуждались в ответах. – Ты же не собираешься проявлять чрезмерное любопытство?

– Меня смущает, что в этом расследовании мы опираемся только на интуицию господина Якушина. Во всяком случае, иные побудительные мотивы мне неизвестны. Почему Сергей Борисович считает, что случай с Кротовым и личность Кротова напрямую связаны с событиями в музее?

– Раз считает, значит, имеет серьезные основания, – пожала плечами Варвара. – Тебе платят за работу или за обсуждение ее целесообразности?

– Что, по-твоему, случилось с Кротовым?

– На его состояние повлияла энергетика одного из артефактов, выставленных в музее.