Мутный

Хотелось продлить эту ночь.

Вдыхая запах ее волос, я чувствовал умиротворение и спокойствие. Для меня это редкость. Я привстал и накрыл ее одеялом. Любой человек нуждается в заботе и поддержке, и я не исключение. Порой моя душа изнывает от одиночества, но я сам пришел к этому. Пришел к тому, что зачастую даже не с кем поговорить."

"Посмотрев на Еву, я взял прядь ее волос в руку, и она плавно проскользнула сквозь мои пальцы. Мне всегда нравились длинные волосы у девушек, для меня в этом есть некое очарование. И все-таки я часто улавливал внешнее сходство между Евой и матерью.

Помню, мне было лет пять, когда мы с мамой смотрели ее старые фотографии. На них ей было двадцать. Я восхищался ее красотой. Да она и сейчас красивая – возраст ей к лицу. У нее всегда было много поклонников, но она почему-то выбрала моего «отца».

Сейчас матери тридцать девять лет, а она до сих пор его любит. Я всегда это чувствовал. Моя душа разрывалась на части, когда я видел, как она страдает. Мама пыталась это всячески скрыть, но у нас всегда была с ней особая связь. Она никогда не давала слабину и всегда говорила, что самое главное в жизни – оставаться сильным и верить в добро. Благодаря ей у меня было счастливое детство.

Когда я родился, ей пришлось бросить университет. Об успешной карьере не могло быть и речи. Всю свою жизнь она билась как рыба об лед, чтобы поднять меня на ноги. А я всегда был проблемным. Вечно буду ей благодарен за то, что она отдавала всю себя, лишь бы я был счастлив.

Мы жили в однокомнатной квартире. Зарплата у нее была небольшая, но я всегда выглядел так, словно рос в обеспеченной семье. Она говорила, что не хочет, чтобы меня обижали за нашу бедность. Именно поэтому и хваталась за любую подработку. Хотела, чтобы у меня было все, что нужно.

Я снова посмотрел на Еву. Затем резко встал, натянул одежду, схватил телефон и вышел из номера. Оказавшись на улице, я сел на лавочку и набрал номер матери. Гудки, долгие гудки… Неужели не ответит?

– Ванечка? – послышался до боли родной голос.

Черт, в этот момент мне хотелось провалиться под землю. В горле встал ком. Я не звонил ей несколько месяцев, не отвечал на ее звонки… А она ответила мне с такой теплотой… Именно в этот момент я почувствовал, что я самая настоящая эгоистичная сволочь.

– Мама, прости меня, пожалуйста.

На другом конце трубки несколько секунд была лишь тишина.

– Господи, я так рада, что ты позвонил! Не извиняйся. Я знала, что отец – это твоя больная тема, но продолжала твердить свое. Ты прости меня, сынок.

Я поднял глаза вверх, пытаясь сдержать подступающие слезы. Всегда ненавидел чувствовать себя слабым.

– За что ты извиняешься? Прекрати. Я знаю, что я никчемный сын, потому что даже не интересовался твоей жизнью, твоим здоровьем.