Мутный

Ты нормальная вообще?! О каких чувствах может идти речь?

– Откуда я знаю?! – вытирая предательские слезы, крикнула я. – Я не могу приказать своему сердцу. Сама страдаю от этого, но не могу противиться. Понимаешь?

– Нет, не понимаю.

– Кажется, это я не понимаю, зачем я с тобой сейчас разговариваю. Иди проспись. – Я развернулась, чтобы выйти из комнаты, но он больно схватил меня за предплечье.

– Я тебя не отпускал! – выкрикнул он и со всей силы толкнул меня на диван.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Кажется, я начала панически бояться пьяных людей. Привстав с кровати, я посмотрела прямо ему в глаза.

– Тебе никто не позволял так со мной обращаться. – Я попыталась встать, чтобы скорее уйти от всего этого ужаса.

– Мне не нужно позволение, ты моя девушка!

– После того, что я сейчас увидела у барной стойки… Поверь, нас больше ничего не связывает.

Глеб снова рассмеялся, и от его смеха стало не по себе.

– Вопрос: ты же с ним спала?

– Не твое дело. – Я попыталась обойти его, но он не позволил.

– Значит, спала. Я же помню, он сам говорил об этом. А ты это, спишь со всеми, кто тебя унижает?

– Что ты несешь, господи! Ты же даже ничего не знаешь. Выпусти меня отсюда!

– То есть со мной ты месяц строишь из себя недотрогу, а с ним спокойно легла в койку? И тебя даже не смущало, что он тобой просто пользовался?

Это уже было выше моих сил. Я не могла это слушать.

– Иди шалашовку ту прижми и удовлетворись. Почему ты до меня докапываешься?!

– Зачем мне она, если передо мной стоишь ты? – ответил он."

"Пару секунд мы стояли, смотря друг другу в глаза. Я и подумать не могла, чем все это кончится. Глеб снова толкнул меня на диван, а затем начал срывать мою одежду. Никто не слышал моих криков из-за громкой музыки. Казалось, все это длилось вечность. Меня окутывал страх. Дикий страх и сильнейшая душевная боль.

* * *Сильный поток ветра вернул меня в настоящее время. Я открыла глаза и отогнала дурные воспоминания.

Все это было невыносимо тяжело. Насилие – это очень страшная вещь. Чувствуешь, что ты унижен, подавлен и обессилен. Глеб просто сделал свое дело и ушел, а я осталась лежать в этой гадкой комнате с дырой вместо сердца.

Снова зазвонил телефон. Я посмотрела на экран, и это был Ваня. Да они что, оба решили надо мной поиздеваться?

– Чего ты хочешь? – ответила я.

– Ты уже в Токио?

– Уже в Токио.

– Когда успела? Ты так резко уехала.

– А я что, должна предупреждать тебя о каждом своем шаге?

– Мне нужно с тобой встретиться.

– А мне не нужно.

– Ева, правда. Подойди к месту мотоциклистов. Я буду там. Буду тебя ждать, слышишь? Просто приди. – На несколько секунд повисла пауза. – Пожалуйста, – добавил он и положил трубку.

Порой мне кажется, что любопытство меня погубит. Но что я теряю? Завтра все должно закончиться.