Мутанты

 – И не мешай мне работать!

У разбуженной старой девы сил на иронию уже не было:

– Работать?!

– Работать!

– Я ему даю – не берет! – открыла Тамара ярко и хищно накрашенный рот. – А у этой прошмандовки просит! Готов на колени встать!! Думаешь, я танцевать не умею?!

От резонанса ее голоса с потолка и стен взвихрилась золотистая пыль. Любка зажалась в угол канапе, собравшись в комок, – сработал навсегда вживленный в сознание инстинкт рабыни. Мерно и далеко гудящий зал ночного клуба замер. И эта пугающая тишина неожиданным образом ввела Волкова в состояние, сходное разве что с состоянием аффекта.

– Вон отсюда, женщина! – словно мутант, прорычал он и неожиданно толкнул ее грудью. – Умри, шалава!

У них были несравнимые весовые категории, кроме того, Николай Семенович был ниже ростом на полголовы и втрое уже в плечах. Несильный, щадящий толчок пришелся в мягкий, складчатый живот. Но Тамара вдруг рухнула в канапе, чуть не придавив Любку, и новая, добротная на вид, мебель вмиг с грохотом развалилась на части, приземлив таким образом грузное расплывчатое тело. Пол содрогнулся, качнулся, отчего трельяж сорвался со столика и брызнул зеркальными осколками по всей гримуборной.

Бывшая секс-рабыня опомнилась, взвизгнула и порхнула к выходу. И, сам поражаясь своей невозмутимости, Волков вышел следом за ней и притворил за собой дверь.

– Коля, Коленька! – зашептала Любка, прильнув к нему. – Бежим скорее, убьет!

– Не бойся! – Он оторвал от себя перепуганную танцовщицу. – Говори быстро, где встречала мутанта?

– На двенадцатом километре, – легко призналась та. – На стене знак – надпись на немецком… Что-то там… коммунистен, тод… Короче, «Смерть коммунистам!». Мы тоннель купили у китайцев…

Таможенник круто развернулся и пошел к черному ходу, коим пользовались служащие ночного клуба. Они же столпились в коридоре, привлеченные грохотом в гримерке, и сейчас, словно битое зеркало, разлетались из-под его ног в разные стороны.

– Давно бы так! – крикнул он на пороге, похоже, более самому себе, хотя не узнал своего голоса.

И тут увидел, как из гримерки вышла Тамара, наряженная в эротическое белье. Да по коридорчику прямым ходом на подиум! Даже зная Тамарины увлечения, подобного Волков не ожидал. Все бросились в зал, смотреть, и он, непроизвольно, – за поварами и официантами.

Публика замерла, будто в кино кадр остановился. Судебный же пристав подплыла к шесту и давай выделывать такие движения да с такой энергией, что у бычков в зале сначала слюни потекли, потом истерика началась.