Мутанты

Жара, цыплята перегреются.

На торговца пернатым товаром он никак не походил. И тут же совершил еще одну ошибку.

– Сколько бабла? – спросил тихо и достал бумажник. – Сейчас отстегну.

Таможенник доверчиво взял его под руку и повлек к офису. Тот, видимо решив, что таможенник взятки берет подальше от глазастых видеокамер, послушно пошел рядом. В офисе Мыкола впустил его в досмотровую комнату, сказал выразительно:

– Побудь пока здесь, – и защелкнул автоматический замок.

Скользкий пассажир дернулся было следом, но опоздал, а стуком только разбудил отца, ревущий голос которого раздался уже за спиной Волкова:

– Э, мужик?! Мать твою… Давай выпьем?

А Мыкола демонстративно закрыл перегородку отстойника, где стоял «УАЗ», замкнул ее и поманил Кривохатко:

– Кажи, шо пид соломой!

– Мыколай Семенович… – растерялся тот. – Мы ж с тобой знаемся…

– Кажи, шо сховано! – Волков снял со столба длинный острый щуп для проверки сыпучих материалов.

Только один вид этого инструмента напугал простоватого завхоза. Он вроде бы даже сделал попытку заслонить собой подход к открытому кузову машины.

– Никак нельзя! Мыколай Семенович!

– Вытрушивай цыплаков!

Кривохатко окончательно скис, заозирался и стал почему-то махать Чернобаю, который стоял на российской стороне и внимательнее своих камер наблюдал за происходящим. Волков заскочил в кузов и прицелился проткнуть солому, но завхоз ухватился за щуп:

– Та вы шо?! Не можна!

– Видчиняй клетку!

Завхоз выдернул задвижку, и голенастые бройлеры, набитые в клетку до отказа, сидевшие друг на друге и изнывающие в неволе, тотчас валом устремились наружу. Мыкола и сам того не ожидал, поэтому даже ловить их пытался, однако цыплята уже попрыгали на асфальт и теперь рассыпались по зоне досмотра. За полминуты их выскочило с сотню, и осталось всего десяток хилых, придушенных, увязших в соломе и не способных двигаться. Волков спрыгнул на землю, думая помочь завхозу в ловле бройлеров, однако тот о разбежавшемся товаре словно забыл и тупо глазел на клетку, выдавая тем самым свой пристальный к ней интерес.

– Ну шо там по правде? – спросил Мыкола. – Контрабанда?

– Чоловик, – обреченно признался завхоз. – Мыколай Семенович, отпусти…

За все время службы на таможне Волков лишь раз сталкивался с подобным, когда в опломбированной фуре пытались незаконно провезти в Европу вьетнамцев-гастарбайтеров. Специально выбрали объездной путь, через Братково, полагая, что таможня там не такая строгая и дотошная. Тогда отличился Шурка Вовченко, который услышал стоны изможденных людей и решился вскрыть контейнер.