Муссон

Он все еще хрипел и тяжело отдувался, но его дыхание постепенно выравнивалось, и на губах заиграла кривая дьявольская улыбка.

— Ты заплатишь за это, щенок. Дорого заплатишь, обещаю, — прошипел он. — Дай только немного отдышаться, и мы покончим с этим.

Пот с его подбородка капал на запрокинутое лицо Тома.

— Я тебя ненавижу! — прохрипел Том. — Все тебя ненавидят. Мои братья, все, кто здесь работает, все, кто тебя знает, — мы все тебя ненавидим!

Уильям неожиданно отпустил одну руку Тома и с размаху хлестнул его по лицу.

— Три последние года я стараюсь научить тебя хорошим манерам, — негромко заговорил он, — но ты безнадежен.

Глаза Тома наполнили слезы боли, но он сумел набрать полный рот слюны и плюнуть в смуглое лицо над собой. Слюна стекала с подбородка Уильяма, но тот не обращал на это внимания.

— Я доберусь до тебя, Черный Билли, — тоскливым шепотом пообещал Том. — Однажды я до тебя доберусь.

— Едва ли. — Уильям ухмыльнулся. — Ты когда-нибудь слышал о праве первородства, мартышка? — Открытой ладонью он снова хлестнул Тома по лицу. Глаза мальчика остекленели, из носа пошла кровь. — Отвечай, брат. — Уильям ударил с другой стороны, так что голова Тома запрокинулась. — Ты понимаешь, что это значит? Отвечай, красавчик.

Удар слева, потом справа… удары стали ритмичными. Справа. Слева. Голова Тома болталась из стороны в сторону. Он терял сознание, а избиение не прекращалось.

— Первородство, — удар, — это право, — удар, — первенца! — Удар.

Но следующий удар пришелся в спину Черному Билли.

Дориан проследовал за ними до конца тропы и видел, что Уильям творит с Томом. Пощечины, которые получал любимый брат, не менее болезненно отзывались и в Дориане. Он в отчаянии озирался в поисках оружия.

На краю тропы лежала груда сломанных сучьев.

Дориан выбрал сук толщиной в свое запястье и неслышно подполз к Уильяму сзади. Мальчик обеими руками поднял сук над головой. Помедлил, чтобы вдохнуть поглубже, поднатужился и опустил сук на голову Уильяма с такой силой, что тот сломался в его руках.

Уильям схватился за голову и свалился с Тома.

Он посмотрел на Дориана и заорал:

— Весь вонючий выводок! — Билли поднялся на ноги, но неуверенно покачнулся. — И самый маленький щенок — туда же.

— Оставь моего брата в покое, — угрожающе произнес Дориан, побледнев от ужаса.

— Беги, Дорри! — ошеломленно прохрипел Том, лежа на земле — у него не было сил встать. — Он убьет тебя! Беги!

Но Дориан не двинулся с места.

— Оставь его! — повторил он.

Уильям сделал шаг к нему.

— А ты знаешь, Дориан, что твоя мать была распутной девкой? — Он улыбнулся и сделал еще шаг вперед, отняв руки от головы. — Выходит, ты сын шлюхи.