Муссон

— Мисс, может, если он покажет вам свой розовый конец, вы скорее его узнаете?

Хэл укоризненно посмотрел на него, но к этому времени бутылка наполовину опустела, и Ханна усмехнулась:

— Заплачу за это зрелище миллион гульденов. — И она уставилась на Хэла. — Хочешь пойти со мной? Задарма — ты хороший человек.

— В другой раз, — пообещал Хэл.

— Я тебя знаю, — настаивала она. — Когда ты так улыбаешься, я тебя узнаю. Я никогда не забываю лица.

— Расскажи еще о Джангири, — попросил Хэл, чтобы отвлечь ее. Но Ханна уже переставала соображать. Снова наполнила свой стакан и перевернула пустую бутылку.

— Все, кого я люблю, уходят от меня, — сказала она со слезами на глазах. — Даже бутылка не задерживается.

— Джангири, — настаивал Хэл. — Расскажи о Джангири.

— Он проклятый мусульманский пират. Сжигает моряков-христиан, чтобы послушать их крики.

— Откуда он приходит? Сколько у него кораблей? Какой они силы?

— Один из моих друзей был на корабле, за которым Джангири погнался, но не догнал, — с трудом ответила она. — Он славный парень. Хочет жениться на мне и отвезти домой в Амстердам.

— Джангири? — спросил Большой Дэниел.

— Нет, глупый ком земли, — ощетинилась Ханна. — Мой парень. Забыла, как его зовут, но он хочет на мне жениться. Он видел Джангири. Ему повезло — он спасся от этого кровожадного язычника.

— Где это случилось, Ханна? Где твой друг встретился с Джангири?

— Два месяца назад, у Берега Лихорадок, вблизи острова Мадагаскар.

— Каковы силы Джангири? — не отставал Хэл.

— У него много больших кораблей, — неуверенно сказала Ханна. — Целый флот боевых кораблей. Корабль моего друга бежал.

Хэл понял, что она путается в словах и мыслях. Ничего важного от нее больше не узнать.

Но он задал последний вопрос:

— Ты знаешь, каким курсом корабли ВОК идут в Батавию?

— Южным, — ответила она. — Они уплывают далеко на юг. Я слышала, они далеко обходят Мадагаскар и острова, потому что там засел этот грязный язычник Джангири.

— Когда конвой уйдет из залива? — спросил Хэл.

Но она уже погрузилась в алкогольный дурман.

— Джангири — дьявол, — прошептала Ханна. — Он антихрист, и все истинные христиане должны его бояться.

Голова ее опустилась на грудь, и Ханна упала лицом в лужицу джина на столе.

Дэниел взял ее за сальные седые волосы и посмотрел ей в лицо.

— Леди нас покинула, — сказал он и отпустил голову. Та со стуком упала обратно на стол.

Потом Ханна свалилась со скамьи и с громким храпом улеглась на полу. Хэл достал из кошелька монету в десять гульденов и сунул ей за вырез платья.

— Это больше, чем она заработает за целый месяц, лежа на спине, — сказал Дэниел.

— Но она это заслужила, — ответил Хэл, вставая. — Больше сведений мы не получили бы и от самого адмирала Ван Рейтера.