Наемник - Наемник. Патрульный. Мусорщик

 — Но ведь это корабельный дроид, он не может работать по наземной технике, да ещё другого государства, без соответствующих программ.

— У меня на планшете более полутора тысяч программ для дроидов и искинов, к тому же если такой программы нет, я могу её написать.

— У вас есть такие базы?! — удивился пилот.

— Я универсал. Инженер, техник, медик, программист, пилот, ну и там ещё специалист в некоторых делах.

— Понятно, — с толикой восхищения протянул пилот и чуть слышно добавил: — Нам бы вас в самом начале…

В это время мы подошли к грузовику, и тут сержант наконец обнаружил и броневик, который до этого был скрыт корпусом грузовика.

— И «Бебут» восстановил? Ну ты даешь!

— Да для меня это нормально. Так этот «Бебут»? Я думал, это «Скуан».

— Это и есть «Скуан» в разведывательной версии, — согласился Айронс. — Только между собой мы его называем «Бебут». Это прозвище такое.

— Я понял.

Пилот в это время встал на подножку грузовика и разочарованно сказал, заглянув в кабину:

— Тут пусто, системы управления нету. Вообще ничего нету.

— Я ещё не восстановил её, просто не успел. Да и грузовик, и броневик всего несколько часов назад были грудой металлолома. Ладно, мы сюда не для этого пришли. Реаниматор в кузове.

Я откинул полог тента и, спустив штатную лестницу, быстро забрался в кузов. Пока я запускал заглушённый реактор, Айронс помог пилоту забраться следом, тому с его рукой было неудобно. Пёс остался снаружи исследовать трюм.

Пока реактор, гудя, запускался в экономичный режим, я достал из ящиков провода с контактами и, прокинув их, подключил к нему реаниматор.

— Я думал, у тебя тут всё работает, — сказал сержант, оглядываясь.

— Да всё работает, не беспокойся, просто я как раз переносил реаниматор в кузов, когда пришло сообщение о появлении местных, а потом и о вас, поэтому и не успел ничего сделать и подсоединить.

Заметив, что индикаторы на капсуле замигали, я открыл приёмное устройство и, подойдя к десятку контейнеров с медицинскими эмблемами, открыл один и достал картридж белого цвета, который под любопытными взглядами спутников вставил в приёмное гнездо, после чего активировал реаниматор.

— Сейчас происходит очистка реаниматора от грязи, пыли и старых лекарств, что могли в нём остаться с прошлого использования, — пояснил я, терпеливо ожидая окончания процедур.

— А то, что он так трясётся, это нормально? — с подозрением спросил пилот.

Тут он был прав, реаниматор дрожал, да и пол кузова выдавал мелкую дробь.

— Да, нормально. Он же должен на станине быть закреплён, можно сказать, жёстко зафиксирован. А сейчас по магистралям капсулы с огромной скоростью двигается очистительная смесь, поэтому такая дрожь. При штатной работе реаниматора по восстановлению этого уже не будет.