Наемник - Наемник. Патрульный. Мусорщик

Летели долго, почти два месяца, со скуки наш взводный, лейтенант Рошкен, усилил тренировки в спортзале на боевое слаживание подразделений. Так что время полёта у нас пролетело незаметно.

— Подожди, какой ещё лейтенант, в десанте же взводами сержанты командуют? — удивился я.

— Так то в линейных частях, а наш разведбат приписан к разведуправлению флота. Разведчики мы.

— А-а-а, теперь ясно, — кивнул я. — Продолжай.

В разведывательных подразделениях космодесанта взводами действительно командуют лейтенанты. А сержанты у них замы, в линейных же частях звание лейтенант и должность замкомроты синонимы. Получая звание капитан, лейтенант становился ротным или замом комбата. У разведчиков немного другие традиции. Там по определению должны подобными подразделениями командовать офицеры, специфика службы обязывала.

— Так вот, что происходило, мы были не в курсе. Куда-то прилетели, четыре дня находились в обычном пространстве. Взводный хотел провести противоабордажную тренировку на наружной броне. Но капитан крейсера запретил. Потом была тревога, мы заняли места в модуле согласно инструкции. Потом часа четыре ждали, дальше последовали два удара, отчего корабль содрогнулся, и наш модуль отстрелило. Наш штатный взводный пилот, капрал Арни Доусон, вон он стоит, что без руки, пытался управлять, даже смог выправить полёт, потом последовал страшный эмишный удар, и отказала вся электроника. Не только управление модулем, но даже скафы сдохли. Мы их так потом, как ты видишь, и не смогли восстановить, вон, даже комбезы умерли, вся электроника сгорела.

— Спаслись как? — поинтересовался я, не удивившись, что мои предположения оказались верными.

— Это тебе Доусон расскажет.

Подошедший пилот присел рядом, погладив овчарку между ушей. Видимо, не зря я отправлял Климу вместе со щенком инструкцию, как с ним обращаться, а тот научил подчиненных. Уши у овчарок трогать нельзя, повредить можно. Хрящи слабые.

Так вот, пилот присел у собаки и, погладив её целой рукой, спокойно ответил:

— В модуле был ручной выброс парашютов, никакой электроники, как раз для подобных ситуаций. Я дёрнул рычаг, и мы опустились на поверхность. Хотя, конечно, удар был страшен. Один из наших, рядовой Ольсен, получил повреждение позвоночника. Другие — кто руку сломал, кто ногу. А так сели, в отличие от остальных. Повезло, можно сказать.

— Вы одни были отстрелены? Что с другими модулями?

— До эмишного удара я видел на радаре только падающий корабль, других модулей не было."

"В это время наконец показался технический дроид, вызвав удивлённый вздох десантников. Он нёс в своих манипуляторах офицерские пайки и контейнеры с соками.