Ассирийский мушаркишу

Конница и пехота собственным ходом добралась до впадения реки Бел в Евфрат, где нас уже поджидали хозяева других плавсредств любых размеров, которые приплыли туда, благодаря разосланным мной гонцам, пообещавшим хорошую оплату. Деньги выделил город Халеб, то есть в этом году шакну Базум украдет намного меньше. В баржи погрузили лошадей и мулов, на которых перевозили снабжение, и часть всадников. Остальные и пехота отправились на лодках. Было тесно, зато делать ничего не надо. Можно даже не грести, потому что скорость течения более семи километров в час, и плыть день и ночь. Впрочем, в темное время суток мы приставали к берегу и отдыхали от ничегонеделанья.

Через полторы недели мы были на месте — севернее города Сиппар. Там уже находились отряды из других провинций, расположенных ниже по течению Евфрата. Поскольку город входил в царство Вавилония, вели себя, как на вражеской территории, разбив лагеря прямо на полях и в садах. Земля уже подсохла после разлива реки, появилось много зеленой травы на радость нашим лошадям и мулам. Я был старшим из командиров, поэтому принял меры, чтобы вавилоняне не напали на нас внезапно. Конные дозоры следили за городом с утра до вечера. В Сиппаре жители сидели за крепостными стенами и, как передали мне, ждали прибытия Синаххериба, чтобы сразу сдаться. Традиция у них такая испокон веку. В Вавилоне жизнь текла, как обычно, ни паники, ни суеты, будто не знали, что на них идет ассирийская армия. Тоже, наверное, традиция. Я приказал конным дозорам пока не нападать на горожан, не создавать повод для войны. Мне неведомы планы Синаххериба. Предполагаю, что и ему самому тоже. Будет действовать по ситуации.

Основные силы ассирийской армии прибыли к Сиппару через шесть дней. Они сплавились до реке Тигр до Акшака, откуда пехота продолжила путь в баржах, которые тянули волы, по каналу, ведущему к реке Евфрат, а конница своим ходом вдоль него. Шарра Ассирии везли на большой галере со всеми удобствами. Судя по бодрому виду, он втянулся в ежегодные военные походы."

"В нашем лагере его встречали послы из Сиппара, которые заявили, что ни сном, ни духом не в теме, чем прогневили своего правителя, что Билибни подчиняются чисто номинально, ограничиваясь ежегодной отправкой налогов. В ответ им зачитали список из почти двух десятков богатых жителей города, замешанных в сговоре с шакканакку Вавилона. Синаххериб потребовал их выдачи вместе с семьями и всем движимым имуществом. Им сохранят жизнь, отобрав ценности и отправив на новое место жительства в Ашкелон. Иначе начнется осада, и в результате ее на берегу Средиземного моря окажутся все, кто уцелеет. Пока что мало кто рвется жить на курорте и даже понятия такого нет (дикие люди!), поэтому послы сразу согласились.