Мурка (СИ)

В газетах призывали к переходу «от борьбы на военном фронте к борьбе на фронте труда против разрухи, за восстановление и развитие народного хозяйства страны». Условием возрождения хозяйства назывался план и четкое ему следование, а основой виделась электрификация большой страны и развертывание трудового соревнования.

Я, до того не шибко разбирающийся в эпохе и ее реалиях, с удивлением отметил, что в партии во взглядах на одни и те же вещи имеется раскол. И критикующих сейчас никто не трогал, они вполне открыто выражали свое мнение… Например, так называемые «децисты», которыми руководил некий Сапронов, критиковали единоначалия в управлении государством.

Также я узнал о больших проблемах на железной дороге, например, всерьез обсуждали привлечение в порядке мобилизации пяти тысяч коммунистов для работы в транспортной сфере. Хотели также создать продовольственный фонд, кто-то предлагал четче очертить роль профсоюзов при диктатуре пролетариата…

Все это было лишь малой частью из информации, поступающей из СМИ. Далеко не все, конечно, умели читать и писать, советская власть только недавно начала бороться с безграмотностью, но информация все же доходила. Тут пригодилось еще одно ноу-хау советской власти – так называемые «устные» газеты. В качестве них выступали ораторы, в нашем случае, сестричка лазарета, которая читала газету вслух. Но настоящим культурным шоком стало для меня появление в лазарете людей из агитпоезда группы «Синяя блуза», прибывшего в Ростов. Я думал, будет скучища с лозунгами, но того, что они представили, я никак не ожидал. Эти ребята разыграли целое театрализованное действо, называемое «живой» газетой. Агитационные актеры приперли в лазарет костюмы, декорации и около часа разыгрывали сценки и пели частушки.

На Дону, куда ни глянь,

Одновременно восхваляя советскую власть, ребята рассказывали, как профилактировать инфекции и вообще здраво поддерживать чистоту, что казалось логичным, учитывая эпидемию тифа и холеры в стране. Я внимательно слушал, как агитбригады убеждали избавиться от вшей, рекомендовали проветривать помещения, пить чистую воду, ну и все в таком духе, опять же, в виде развлекательных частушек. Я действительно заслушивался, потому что единственными частушками, которые я знал до этого, были разве что про бабу, приехавшую в колхоз имени Мичурина…

В целом заставляла улыбаться общая тональность призывов партии. Мне, человеку 21-го века, когда политтехнологии шагнули далеко вперед, призывы типа «Кто не пойдет на воскресник, тот жаждет страданий трудового народа!» казались забавными. Но это срабатывало, ведь и аудитория была иная, еще не испорченная чернухой с телевизионного ящика.