Мурка (СИ)

Один минус, забивая Занозу, я на время был вынужден выпустить из виду Паровоза. Нанеси тот боковой удар ногой настоящий я, и у бандита не было ни единого шанса очухаться, а вот мой нынешний удар вывел Паровоза из строя совсем ненадолго. Эта туша поднялась и, шипя и отфыркиваясь, подняла финку. Я заметил удар уже в тот момент, когда лезвие летело мне под ребра, и инстинктивно начал заваливаться вбок, прочь от удара.

Лезвие вошло мне прямо в бок, успел увидеть, что не полностью, но на несколько пальцев. Ощущение было такое, будто меж ребер загнали раскаленный пруток. В голову ударила кровь, а потом резко отхлынула, вместе с теми силами, что у меня оставались. Я исключительно на инстинктах еще успел схватить Паровоза за запястье, вывернуть его, забрать нож. Успел пырнуть ножом в ответ – по закоулку разнесся вопль. Острие порвало бандиту щеку. Тот, держась обеими руками за лицо, истекая кровью, начал отступать. Меня ноги держали некрепко, я попытался подняться, но повело к стене, о которую я уперся спиной и начал медленно сползать, с трудом удерживаясь от падения. По рубашке под пиджаком расплылось красное пятно. Порезали, с-суки. Как же я так зевнул… главное сейчас не показывать слабину, чтобы не попытались добить.

Паровоз, отступая, поднял с земли своего товарища, который уже не особенно-то и понимал, что происходит. Бандиты, хорошо потрепанные мной, заковыляли вон из переулка. Я выстоял, но, стоило шпане скрыться, как нож выпал из моих рук, а я стек на землю теряя сознание. Последние мысли почему-то были о даме с собачкой. Интересно, кто она такая?...

Очнулся я от того, что кто-то засандалил в мое бедро иглу шприца. И боль от укола начала растекаться по мышцам. Блин… помедленнее нельзя вводить?

- Лежи, не дергайся.

Я открыл глаза и увидел перед собой медсестру. Женщина… или даже девушка, ей было лет двадцать пять от силы. Довольно симпатичная. И я, забыв про мучения от укола, засмотрелся на ее лицо. Она тем временем закончила, вытащила многоразовый железный шприц из моей филейной части и улыбнулась.

- Доброе утро, товарищ!

- Утро, – ответил я, чувствуя, что во рту пересохло и я с трудом ворочаю языком, правда, я не был вполне уверен, что сейчас именно утро.

Я лежал в палате, стены с облупившейся краской, вместо занавесок - рваные простыни.

- Как твое самочувствие?

- Пить хочу, – И от пожрать не откажусь.

- Аппетит проснулся, значит, идешь на поправку! – со знанием дела заявила сестра.

- Сейчас буду разносить завтрак.

Я кивнул, чувствуя, как голова все еще плыла, но это, скорее, от пересыпа. Сколько же я провалялся без сознания? Но сон пошел на пользу, в боку хоть и тянуло, но не то чтобы больно… так, простой дискомфорт.