Мурка (СИ)

— выдохнул Шварц, будто паровоз, на полном ходу натолкнувшийся на препятствие, но замолчал.

Тяжело, должно быть, толстяку, за столь краткий срок проделать обратный путь из князи в грязи. Так, на нервах, недолго и похудеть. А ведь еще каких-то пару лет назад банкир не то чтобы разговаривать бы не стал с тогда еще полицией, нет, это бы делали его адвокаты, но при царе такой финансовый воротила чувствовал себя в полной безопасности. Теперь же ему приходилось на равных разговаривать с начальником милиции, который еще вчера, вполне возможно, навоз разгребал. И приемчики Шварца, характерные для подобного сорта людей, ни разу не сработали. Жаловаться? Да кто будет слушать жалобы зажравшегося буржуина и капиталиста на законного представителя советской власти? От того банкир и замолчал, что все это прекрасно понял. Не знаю, было ли дело в том, что милиция сегодня блистала лучшими качествами и служила, а не работала, или начальник попросту упивался изменившимся положением и изощренно сводил счеты с капиталистом, да и мне не особо хотелось в это вникать. Главное, что ко мне, наконец, прислушивались.

Дождавшись тишины, я продолжил.

— Любопытно, куда мог звонить товарищ Шварц при неисправном телефоне? И не менее любопытно, что, когда руководство перезвонило Марку Леонидовичу, то ведь, вспомните, было совершенно не в курсе о ранее якобы поступившем звонке.

Ефимушка при этих словах стиснул кулаки, да так, что было слышно, как хрустнули костяшки. Попался, который кусался! Я, улыбаясь одними краями губ, незаметно подмигнул ему. Начальник подошел к проводу, внимательно осмотрел, чтобы удостовериться в правоте моих слов, снял с телефона трубку и попытался «шарманку» завести. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — связь с этого аппарата не работала.

— Клевета! — проскрежетал Шварц. — Наглая беспардонная ложь, а вы, товарищи милиционеры, слушаете этот бред вместо того, чтобы принять меры!

— Как же вы можете вот это объяснить? — спросил начальник.

— Как вы могли звонить по телефону, если он не работает?

— Ба! — банкир всплеснул руками. — Во-первых, я мог с другого аппарата звонить, здесь у нас не один поставлен, а во-вторых, даже если и с этого, то повреждение появилось уже после моего звонка. Это ведь очевидно!

— Почему, в таком случае, вы не дозвонились? — я приподнял бровь. — Ну и хорошо бы понять, с кем вы разговаривали, потому что Марк Леонидович утверждает, что руководство о звонке ничего не знало и никакими полномочиями вас не наделяло.

Марк Леонидович что-то неуверенно и пораженно гукнул. Шварц, как уж на сковороде, пытался вывернуться. Он прекрасно понимал, к чему я веду, и не хотел допустить, чтобы он из свидетеля стал подозреваемым.

— Не помню, с кем... — уже куда более умиротворенно сказал банкир.