Мурка (СИ)

Автомобиль, который прежде мне доводилось видеть только на старых кадрах кинохроники да на картинках, с крышей козырьком и заметными передними фарами, бодренько припарковался у четырехэтажного здания банка и из него вышли члены съемочной группы.

Их внешний вид серьезно резонировал с другими горожанами. Все пятеро вырядились в пестрые с иголочки костюмы ярких цветов. Один из них, заметно прихрамывая и козыряя пиджаком в крупный красный горошек, вытащил такую же старенькую, как автомобиль, съемочную камеру, собственно главный атрибут любого фильма. Я узнал знаменитый допотопный «Синематограф», на который было снято немалое количество первых немых черно-белых кинолент. Второй, в рубашке с поднятым накрахмаленным воротником и орлиным носом, тут же достал из автомобиля треногу.

Прикольно-то как. Всегда испытывал слабость к кинематографу и мечтал оказаться на съемках фильма, а тут вот тебе раз — всего несколько дней в новой реальности, и, считай, исполнению желания быть. Уж я тут как-нибудь задержусь.

Еще один киношник, высокий и хорошо сложенный блондин с голубыми глазами в пиджаке желтого цвета в фиолетовую крапинку и с подвернутыми по локоть рукавами, легким шагом подошел к толстякам и протянул среднему из них руку, улыбаясь.

— Здравствуйте, товарищи. Я полагаю, что о нашем прибытии вы были заранее оповещены? — мягко сказал он.

Толстяк, которому жали руку, закивал.

— Оповещены, есть такое, звонили из ревкома, на уши всех подняли, товарищ... имею наглость не знать вашего имени, — мягко намекнул банкир на то, что блондину было бы неплохо представиться.

Говоря, толстяк весь взмокший, несмотря на не самую теплую погоду, то и дело поглаживал прядь волос, задачей которых было прикрывать расползшуюся лысину. Вот есть женщины, постоянно гладящие да накручивающие свои волосы, а оказывается, мужики такие тоже есть.

— Иннокентий Петрович Сурков, — также мягко представился статный мужчина. — Режиссер и руководитель агитбригады "Красный огонек«й.

— Мое почтение, Иннокентий Петрович, меня Ефим Альбертович Шварц зовут, — толстяк едва ли не расшаркался и продолжил извиняющимся тоном. — Быть может, у вас есть какое разрешение на съемку? Сами понимаете, времена нынче неспокойные, мало ли чего? Нет-нет это не касается конкретно вас, но лучше сразу удостовериться и документально заручиться...

— Конечно-конечно, никаких вопросов, — режиссер сунул руку во внутренний карман и извлек оттуда желтоватого цвета бумагу. — Вот, пожалуйста, у нас имеется предписание осуществить съемку, подписанное самим товарищем Калининым, и с печатью по форме. Изучайте.

Банкир охотно предписание взял, внимательно изучил. Было забавно наблюдать, как менялось выражение его лица по мере чтения документа.