Мумия блондинки

— Поскольку она предъявила мне такое обвинение,— продолжал Хаднатт,— я подумал, что имею право хотя бы взглянуть на письмо, но она не дала мне его. Все же мне удалось уговорить ее показать конверт, и я обратил ее внимание на то, что, хотя, по ее мнению, послание было написано мною, почерк-то был не мой! В конце концов, я — не единственный Роберт на белом свете. Однако Норма продолжала настаивать на том, что у меня с Грейс была тайная связь. Вы бы слышали, каким озлобленным тоном она бросала мне в лицо эти мерзкие обвинения! Не понимаю, почему она так меня возненавидела. Под конец она заявила, что отнесет письмо в полицию, но сначала покажет его моей жене.— Он с тоской взглянул на Пенелопу.— За последние дни все мы так глубоко погрязли в этом деле, что я отказался от борьбы с обстоятельствами и сказал Норме Сейлор: если она решилась на такой бессмысленный и бесчестный поступок, я не в силах ее остановить. После этого я вернулся к Пенелопе и Мерсии и рассказал им о своем разговоре с Нормой Сейлор. Что еще я мог сделать?

Теперь Трент смотрел на Пенелопу.

— И Норма действительно явилась к вам после того, как предъявила это обвинение вашему мужу?

— Да,— кивнула Пенелопа.

И тут вмешалась Мерсия:

— Позвольте мне все объяснить, Пенни... Вам лучше послушать меня, лейтенант, так как с Нормой разговаривала я. Она пришла в учебный корпус вслед за Робертом и заявила, что хочет побеседовать с миссис Хаднатт. Я знала, что Норма затаила на нее зло, и не хотела допустить безобразной сцены, как добивалась того Норма. Я настояла, чтобы Норма поговорила со мной. Она предложила снова пойти в английский сад, поскольку там нас никто не смог бы подслушать."

"Я недолго пробыла с ней. Сказала ей в лицо все, что думала о ее поведении. Ведь даже если она и в самом деле верила, что письмо написал Роберт, то не имела права на такую жестокость по отношению к миссис Хаднатт за то, что та сделала ей совершенно справедливое замечание. Далее я ей сказала, что было очень глупо с ее стороны до сих пор не передать письмо в полицию.

Норма была не менее упряма, чем Грейс, Вновь и вновь она твердила, что это написал Роберт, несмотря на то что почерк был не его. Достала письмо из сумочки и предложила мне его прочесть и удостовериться в этом самой.

— И вы прочли письмо, мисс Перриш? — спросил Трент.

— Нет. Я отказалась даже дотронуться до него. Не хотела брать на себя новую ответственность. Я лишь снова повторила, что она должна немедленно отнести это послание в полицию.

— Она обещала это сделать?

— Нет.— Мерсия пожала плечами.— Тут она заявила мне нечто и вовсе не понятное. Мол, до нее только сейчас дошло, что все это может иметь совсем другое объяснение.

, Трент вскинул голову.