Мумия блондинки

—  Ну что же,— пожал декан плечами.— Мы с Хаднаттом — члены строительной комиссии колледжа по сооружению новой лаборатории. Нам обоим пришло в голову, что можно сэкономить деньги, использовав для этой цели старую каменоломню, находящуюся примерно в полутора километрах от Нью-Йоркского шоссе. Вчера после ленча я прогуливался в этом направлении и встретился с Хаднаттом. Он только что побывал там, чтобы осмотреть место. Я решил воспользоваться случаем, чтобы принять окончательное решение, и попросил Хаднат-та вернуться туда вместе со мной. Вот тогда-то мы и увидели мисс Хау. Она сидела на груде камней в карьере. Настроение у нее было странное: она горько плакала. Очевидно, она ранее разговаривала с Хаднаттом, и он...

—  Полагаю, лейтенант Трент получит более точное представление, если дальше продолжу рассказ я,— вмешался Хаднатт с плохо завуалированным сарказмом — Декан Эппл нарисовал душераздирающую картину, но по сути дела он прав. Грейс Хау действительно плакала, и — в известной мере — причиной ее слез был я.

—  Должен ли я из этого заключить, что в карьере; у ""вас было свидание с мисс Хау? — спросил Трент с угрожающим спокойствием, которое впечатляло больше, чем любой окрик.

—  Ни в коем случае. Когда я хочу поговорить с кем-либо из моих студентов, то делаю это в своем кабинете. Мисс Хау поехала вслед за мной в каменоломню по собственной инициативе. Я могу только предполагать, что близость выпускных экзаменов сделала ее немного неуравновешенной, поскольку то, что она мне наговорила, можно объяснить только нервами.

Я обратила внимание на то, что, говоря все это, он неотрывно смотрел на жену.

—  Она захватила с собой две последних своих работы, за которые получила тройку. Одно время эта студентка подавала большие надежды, но постепенно сдала свои позиции. Она хотела поговорить со мной об этих работах и потребовала объяснить, почему я поставил ей такие низкие отметки, да еще и обвинила меня в предвзятом к ней отношении.

Я постарался ее убедить, что работы были выполнены весьма посредственно, и посоветовал усиленно готовиться к экзаменам. А когда понял, что мое присутствие ее явно раздражает и только вызывает истерику, я уехал.— Он помолчал и добавил: — Вот почему она плакала, когда мы с деканом Эпплом приехали туда.

И тут Трент задал неожиданный вопрос:

—  Знала ли Грейс Хау, что вы собираетесь вечером в театр?

—  Возможно, я упомянул об этом, но точно не помню.

— Но вы с ней беседовали во время первого антракта?

Все присутствующие замерли. Вряд ли это ускользнуло от внимания лейтенанта.

—  Да,— удивительно спокойно ответил Хаднатт,— я с ней разговаривал.

— И она продолжила сцену, начатую в каменоломне?

—  Нет... Как сказала мисс Ловеринг, мы говорили о пьесе.