Муха в самолете

– Чайку глотнешь? – радушно предложила старуха.

– Нет, – быстро сказала я, – спасибо.

– Не стесняйся, – подбодрила меня Вера Ивановна, пытаясь найти чистую чашку, – не объешь нас, внучки хорошо зарабатывают!

– Просто не хочется, – сопротивлялась я, глядя, как Вера Ивановна спокойно опускает пакетик с заваркой в кружку, на краях которой виднелся след розовой помады.

– Ну пусть постоит, – настояла на своем хозяйка.

– Так почему вы решили, что у Ильяса и Аси роман? – решила я вернуть разговор в нужное русло.

Бабка усмехнулась:

– Говорила же, запрутся и молчат. Чем занимались! А? Вот только я никак скумекать не могла, ну зачем ей этот сироп нужен? Аську всегда деньги интересовали, а Ильяс на богатого не походил. Нет, сам чистенький, рубашонка свежая, ботиночки блестят, но денег больших не имел, никогда ничего не приносил – ни цветов, ни конфет, ни вина…

– Вера Ивановна, – перебила я старушку, – а кто, кроме Розы Башметовой, мог желать смерти Асе?

Вера Ивановна взяла одну из банок, потрясла ее, потом вылила в рот остатки смеси и спокойно ответила:

– Ох, много бы их нашлось! Начну перечислять, пальцев не хватит. Накуролесила Аська, назапутывала узлов, хотя это она в мать пошла, в Веронику, покойницу. Вот та пройда была страшная, но, в отличие от Аськи, умная, своего не упускала, головой думать умела, не только нижним этажом пользовалась, но и мозгами шевелила. Окрутила Марка Матвеича и потом в масле каталась! Уж Луиза Иосифовна, наверное, злилась, а толку? Кабы у нее потом сын не появился…

У меня закружилась голова.

– Вера Ивановна, миленькая, – взмолилась я, – сделайте одолжение, объясните понятно, кто такой Марк Матвеевич?

– Муж Луизы Иосифовны.

– А Вероника?

– Мать Аськи, она ее от Марка и родила! Ладно, слушай внимательно, попытаюсь все по полочкам рассовать, – пообещала Вера Ивановна. – Ты чаек пей, а я болтать начну.

Рассказ потек плавный, и через некоторое время я и впрямь разобралась в ситуации."

"Вера Ивановна получила в свое время часть этой квартиры от завода, конечно, в коммуналке жить плохо, но если выезжаешь из деревянного барака с системой по принципу «на тридцать комнат всего одна уборная», то придешь в эйфорическое состояние. Не видать бы Вере Ивановне такого счастья, да несчастье помогло. Ее дочь вместе с зятем погибли во время аварии, произошедшей на предприятии. Дирекция, чтобы хоть как-то замять дело, мигом перевезла Веру Ивановну с двумя крошечными внучками на новую жилплощадь, грубо говоря, откупилась квадратными метрами. Если честно, то Вера Ивановна не слишком и горевала. Молодые любили заложить за воротник и могли даже поколотить мать. Пока Коля и Света были живы, Вера Ивановна боялась рот раскрыть, за каждое не к месту сказанное слово ей доставались тычки.