Муха в самолете

– Я не брешу, и впрямь забыла, понимаешь, мы с ним всего один раз…

– Хочешь сказать, что к Марку не поедешь!

– Нет!

Ника схватила платок.

– Значит, он тебе платит! Дает денег на девчонку!

– Нет!!!

– Почему же тогда прищучить его не желаешь?

– Но Марк Матвеевич не имеет ко мне никакого отношения!

– Ой!

– Ей-богу! – неизвестно по какой причине принялась оправдываться Ирина.

Вероника молча замотала голову, натянула варежки, подошла к двери, взялась за ручку и обернулась.

– Видно, одна я дура, остальные умные, сумели из денежного ручейка ведерком черпать. Ладно, понятно, ты от Марка алименты имеешь и посему молчать будешь! Что ж! Прямиком сейчас к Луизе поеду и глаза ей раскрою! Пора услышать правду о любимом муженьке, все ей выложу, и про лабораторию, и про себя, и про тебя! Денег у меня от скандала не прибавится, но хоть душу отведу! Пусть Луиза от Марка уйдет, поживет матерью-одиночкой! Да!

Хлопнув дверью, Ника выбежала на улицу, Ирина сначала замерла, а потом кинулась следом за ней. На дворе мела вьюга, вопль Маловой: «Вероника, вернись!» – утонул в буране.

Понимая, что допустить встречу Локтевой с Луизой никак нельзя, Ира кинулась в избу одеваться, это заняло несколько минут, наконец, облачившись в тулуп и валенки, Ира погналась за Никой.

Веревкино находится относительно недалеко от станции. Дорога к платформе идет по высокой насыпи, а внизу вьются рельсы, по ним несутся поезда.

Понимая, что Ника торопится на электричку, Ира припустила изо всех сил и в конце концов увидела небольшую фигурку в пальто. Догнав Локтеву, Ирина сказала:

– Постой!

– Отвали, – ответила Ника.

– Послушай!

– Пошла вон!

– Да погоди!

– Отцепись, я тороплюсь! – лихорадочно выкрикнула Ника и, вывернувшись из рук Ирины, понеслась вперед.

Малова снова догнала Веронику, уцепила ее за рукав, та пихнула Ирину, завязалась драка. Малова решила во что бы то ни стало задержать лаборантку, она хорошо знала, что сейчас проедет электричка, следующая же будет лишь через полтора часа. Можно успеть переубедить Нику, оставить ее у себя ночевать. В пылу борьбы Ирина сильно толкнула Нику, а та, чтобы удержаться на ногах, сделала шаг назад, споткнулась, упала и покатилась вниз по насыпи…

Малова закричала от ужаса, ее вопль потонул в тревожном сигнале приближающейся электрички, фары поезда осветили путь, Ира увидела тело, лежащее на рельсах, и зажмурилась.

Когда грохот колес стих, рыдающая Ирина стала сползать по насыпи вниз, в ее душе жила безумная надежда, что Ника жива, что она сломала ногу или руку…

Набрав полные валенки снега, Ира очутилась внизу, посмотрела на рельсы и опрометью бросилась прочь. Лучше бы она никогда не видела того, что осталось от Вероники, Локтевой уже нельзя было помочь, колесами ей отрезало голову.