Муха в самолете

Эх, мне бы валенки! Следует помнить об уроках истории! Солдаты Наполеона замерзли в Подмосковье, да и фашистская армия не выдержала схватки с генералом Стужей! Ладно, сейчас согреюсь!"

"Полная оптимистических надежд, я быстро спустилась с горки и побежала вперед. Тут и там виднелись припорошенные снегом горы вырытой непонятно зачем земли, потом я наткнулась на длинный, похоже, жестяной забор. Изгородь казалась бесконечной. Потратив последние силы, я добежала до того места, где она заканчивалась, и увидела прибитую на крепко запертых воротах табличку «Строительство коттеджного поселка «Светлый рай», продажа участков».

Название местечка меня насмешило. Светлый рай! Разве противоположность ада может быть темной?

Переставшие что-либо чувствовать ноги вынесли меня к лесу, глаза наткнулись на новый столбик с указателями. Вверху висела табличка с перечеркнутым названием «Веревкино», внизу была еще одна, равнодушно сообщавшая: «Овсянкино. 2 км».

Секунду я пыталась оценить ситуацию, потом пришла в ужас. Похоже, деревни под названием «Веревкино» нет. На ее месте сейчас возводится коттеджный поселок. Вот почему продавщица из магазина гнусно захихикала, услыхав мою ложь про желание снять дачу на лето. Какая мерзкая баба! Она явно знала, что нужный незнакомой москвичке населенный пункт остался лишь на карте, но не остановила меня, не сказала: «Не бегай зря по холоду, Веревкино загнулось».

И что мне теперь делать? Сил идти ни назад, ни вперед нет, я попросту замерзну, потому что ноги окончательно превратились в колоды, а тело в заледеневшую чугунную чурку.

Осознав почти полную безнадежность случившегося, я навалилась на какой-то здоровенный ящик, стоявший у запертых ворот. Интересно, когда найдут мое тело? Скорей всего, активная работа на стройке начнется лишь весной. К тому времени от госпожи Таракановой останутся только сапожки! Все остальное съедят волки! Или дикие кабаны! А может, тут водятся медведи! Меня затрясло от ужаса, пальцы вцепились в крышку ящика.

– Мадам, – послышалось за спиной, – вам будет трудно открыть сей контейнер, оставьте работу профессионалам!

Я взвизгнула, попыталась сделать шаг, поскользнулась и шлепнулась в мягкий сугроб. Моментально перед носом появилась темно-зеленая варежка, сшитая из брезента.

– Мадам, – произнес все тот же голос, – экая вы, право, дикая орхидея, падаете на землю. Вставайте, иначе филей отморозите! Вы как сюда завернули?

– Мне нужно Веревкино, – еле-еле выдавила я из себя.

– О, мадам! Оно когда-то было здесь, вернее, еще летом стояло, но сейчас, увы, к большому горю, а может, и к счастью, его снесли. Сровняли с землей, убрали, словно Содом и Гоморру. Простите, вам удобно в сугробе?

– Нет, – прошептала я, – холодно очень.