Муха в самолете

Значит, Бакс гуляка! Слава богу, в ближайшие дни его искать не станут, а там посмотрим, не надо задумываться о проблемах в целом, будем решать их поэтапно.

Те из вас, кто хоть раз спал на раскладной конструкции из парусины и гнутых трубок, очень хорошо знают, сколь некомфортно сие ложе. До трех утра я провертелась под тряпкой, заменяющей одеяло, все пыталась найти удобную позу. Но если ложилась на спину, то моментально чувствовала боль в позвоночнике, коли пыталась устроиться на животе, ощущала кожей железные пружинки, при помощи которых держался «матрац». В конце концов сон сморил меня лишь под утро, естественно, проснулась я тогда, когда большинство рабочего люда приступило к обеду.

Тряся гудящей головой, я, забыв умыться, ринулась к телефону, по дороге с неимоверной радостью отметив: в квартире никого нет, даже лентяйки Зинаиды. Я быстро набрала полученный от Ильяса номер.

– Аллоу, – послышалось из мембраны.

– Будьте любезны Раису Ивановну.

– А кто ее спрашивает?

– Ольга из журнала «Рупор».

– Слушаю, Нестеренко у аппарата.

– Позвольте напомнить, я звонила вам…

– С памятью у меня полный порядок, – перебила пенсионерка, – дальше!

Я молча проглотила весьма невежливое замечание и попыталась продолжить разговор:

– Мы договаривались об интервью и…

– Верно, – перебила Раиса Ивановна, – дальше.

– …вы пообещали встретиться после возвращения из санатория.

– Правильно.

– Если вы свободны сегодня, то…

– Ту… ту… ту, – понеслось из трубки. Я положила телефон на тумбочку. Что случилось? Отчего Раиса Ивановна решила прервать мирную беседу? Или это неполадки на линии?

Не успела я сообразить, что делать, как трубка разразилась трелью.

– Алло, – машинально ответила я.

– Ольгу позовите, – донеслось с того конца провода, и я моментально узнала нервный, слегка капризный голос Раисы Ивановны.

– Нас разъединили! Но откуда вы узнали мой номер?

– Деточка, – снисходительно протянула старушка, – человечество придумало АОН! Расшифровать? Автоматический определитель номера. В прошлый раз вы звонили с засекреченной линии, в окошке одни восьмерки выпали, а я не желаю общаться с человеком, который боится указать свои координаты. Потом снова меня побеспокоили, и мы встретились. Сегодня же опять не таитесь, поэтому я вам доверяю. Можете приехать через полтора часа.

Из трубки снова послышались длинные гудки, похоже, Нестеренко не страдает болезнью под названием «вежливость».

Собравшись в мгновение ока, я схватила сумку с Баксом, ринулась было в прихожую и тут же притормозила. Саквояж показался подозрительно легким.

Я открыла торбу, точно! Бакса нет! Минут пятнадцать я носилась по захламленной квартире и, отбросив всякое стеснение, открывала двери в чужие комнаты и распахивала шкафы.