Муданжские зарисовки (СИ)

— Нойн-хон! — двое охранников подбежали к воде. — Вы как?

— Всё хорошо, это мой знакомый, — спокойно ответил Кир.

При этих словах раздался плеск, и Камышинка во всей своей оранжевой переливающейся красе высунулась из воды.

— Привет! — махнул ей Кир свободной рукой. — Я тебе гостинцев от Ветки принёс. Она не сможет зайти, муж чего-то там от неё хочет. У тебя тут всё хорошо?

Она молча кивнула. Охранники немного расслабились, вняв будничному тону князя.

Кир, не ослабляя хватки на шее сводного братца, махнул одному из стражников:

— Не подкинете корзинку, вон там стоит?

Когда Камышинка зарылась в корзинку, Кир попрощался, встал и незаметно потянул братца за собой.

— Нойн-хон, вы бы предупреждали, что у вас гости, — поворчал один из стражников.

— Извиняйте, не подумал что-то, — отговорился Кир и потащил свою жертву к лестнице. Стражники ещё пару раз уточнили, что на Камышинку никто не посягал, и убрались в лифт.

Стоило им уехать, как Кир прижал братца к лестничной стене и заломил ему руку — так вести было удобнее, чем за шею.

— Ну рассказывай, — добродушно велел он в ответ на болезненный возглас. — Как тебя звать хоть?

— Угонбойор, — всхлипнул парень.

Кир прыснул: имя «первая радость» явно подразумевало первенца. Нет, для его отца наверное, но какая ирония!

— Я… я только поговорить, ничего плохого! — начал оправдываться Угонбойор, как-то по-своему истолковав реакцию Кира.

— Ага, только это запрещено законом.

— Но это же… никому хуже не сделает! Что, твоему отцу жалко поделиться?

Кир толкал его вверх по лестнице, пока они не поднялись до семейных покоев.

— Ты экономику учил когда-нибудь? Как работают акции, вообще представляешь?

— Только бухгалтерию, — пробубнил Угонбойор. — А чего там представлять?

Кир впихнул его в гостиную и утрамбовал на диван, а себе подогнал стул на колёсиках и сел напротив. Он сам был несилён во всех этих финансовых делах, но суть проблемы примерно понимал и изложил малолетнему придурку на доступном языке.

— Это самосбывающееся пророчество, — заключил он. — Слыхал о таких? А теперь представь, что будет, если каждая собака про каждую собаку вызнает наверняка, кто взлетит, а кто нет!

Кир, честно говоря, и сам не очень ясно представлял, что тогда будет, но какие-то общие мысли о монополиях, стагнации и проблемах для малого бизнеса у него в голове роились. Впрочем, братец напугался достаточно и без конкретики.

— И что же делать? — протянул он. Кир не знал, насколько братец младше его. На вид вроде почти ровесник, но, конечно, ни того образования, ни тренировки мыслить самостоятельно, как у Кира, ему не досталось. — Меня мать убьёт, если без ответа вернусь. Серьёзно убьёт."

"Кир поджал губы.