Тайна, покрытая мраком

— Кто спорит? Растерялся… Я что, каждый день на трупы натыкаюсь? И этот сразу грузить принялся. Мутный тип. Я ему совсем не верю.

— И у этого мутного типа моя машина, — кивнула я.

— Думаешь, он сбежит?

Мы встали посреди тротуара и друг на друга уставились.

— Бежать удобней на своей машине, — подумала я вслух, в бегство Олега не очень-то веря. С какой стати ему сбегать? Да и в коварстве не особо подозревала. Скорее в некомпетентности. Вообще от этой парочки куда больше беспокойства, чем реальной пользы. Только кулаками махать да все еще больше запутывать.

Через полчаса мы оказались дома, и я сразу же отправилась спать, взвалив на хрупкие Костины плечи обязанность отвечать на вопросы Любки, где нас всю ночь носило и по какой такой надобности. В восторг он от этого не пришел, но я рассудила, что за жилье и стол надо расплачиваться. Мобильный я положила на тумбочку рядом с кроватью в ожидании звонка Вдовина. У богемы утро начинается, когда у нормальных людей уже день, так что я была уверена: несколько часов для сна у меня есть. Конечно, Вдовин мог и вовсе не позвонить, но я все-таки надеялась, что обещание он сдержит, и попыталась представить наш возможный разговор.

Уснула почти сразу, а проснулась оттого, что солнце било прямо в глаза. В комнате было нестерпимо душно. «Отчего бы старушенции кондиционеры в доме не поставить?» — подумала я, продолжая лежать с закрытыми глазами. Вздохнула, приподняла голову с подушки и увидела Любку. Та сидела в кресле в трех шагах от меня и вязала шарф. Судя по тому, с какой скоростью мелькали спицы в ее руках, подружка здорово нервничала.

— Мне никто не звонил? — задала я вопрос и проверила мобильный.

— Нет, — ответила подружка и хмуро добавила: — Уже половина второго.

— А то… этот вернулся… Олег. Обедают в столовой. Припасы тают на глазах, надо на жратву скидываться. Не нам же их кормить. И в доме им не место. У них свое жилье есть, пусть туда и катятся.

— Бабка не объявлялась? — зевнула я. Любка сокрушенно покачала головой:

— То ли родственница помирать раздумала, то ли хоронят на Красной площади.

— Почему на Красной площади? — озадачилась я.

— В другом бы месте уже похоронили. Я Христофорычу звонила… Ничего о родственнице при смерти ему неизвестно. Куда же бабушка подалась с Витькой и прочими членами коллектива?

— Загадка века, — пожала я плечами, с неохотой поднимаясь, и побрела в ванную. Приняв душ и немного взбодрившись, я заглянула в кухню. Костя и Олег сидели за столом, но трапезу уже закончили. Мне есть совершенно не хотелось, однако чашку кофе я все-таки выпила, избегая смотреть в сторону мужчин, и гадала при этом, как от них избавиться, потому что Любка права: они тут загостились.