Мракокрад

Сестра на ней просто помешана. Как-то потеряла ее и потом ревела весь день, пока не нашла. Ну вот я взял и зачаровал игрушку так, чтобы она всегда возвращалась к Вьюге. Где бы я ее ни прятал, где бы сестренка ее ни теряла, к ночи фигурка оказывалась у нее на подушке. – Мракокрад пожал плечами. – Мелочь.

– Ой-й-й-й-й-й-й-й, ты прямо давишь из меня сочувствие.

– Я такой, какой есть, – Мракокрад снова расправил крылья. – Ничего не могу поделать со своим благородным сердцем и щедрой натурой.

– А вот над размером головы можно и поработать, – рассмеялась Ясновидица.

– Так у меня же образцовый череп! – Мракокрад притворился изумленным.

Ясновидица вдруг навострила уши:

– Тсс, ты это слышал?

Оба замолчали, и на фоне капели и приглушенного рева бури Мракокрад различил странный, приглушенный звук. Обернулся. Посмотрел в дальний конец пещеры, где сгущались длинные тени.

Ясновидица с Мракокрадом сплели хвосты, и он ощутил пронизывающее их обоих напряжение.

«Там, в глубине кто-то… или что-то есть?»"

"Звук раздался снова. Низкий стон, слишком слабый, чтобы спутать его с завыванием ветра, и в нем слышалось нечто драконье.

Мракокрад спрыгнул с карниза и осторожно ступил в тень. Ясновидица шла за ним по пятам, и это успокаивало: она бы видела в будущем, если что-то могло их покалечить.

Ночное зрение позволило разглядеть нечто крупное в дальней приливной луже, которой оканчивался ручеек. Мракокрад взглянул на Ясновидицу и выпустил во тьму струйку пламени, чтобы получше все разглядеть.

Это был дракон, и в свете пламени стало ясно, что он не из ночных. Его чешуя имела синий оттенок.

Дракон снова горько застонал и медленно, превозмогая боль, поднял голову.

– Ночные, – тихо прошипел он.

– Ты ранен? – спросила Ясновидица и осторожно обошла синего дракона. – О, у него в боку рана… с виду не опасная.

– Дело в другом, – произнес Мракокрад, осматривая разум морского. – Он обессилел. Несколько дней плыл по морю. Я вижу кровь, крики и… щупальца.

Морской дракон вздрогнул и попытался сесть.

– Не двигайся, хуже будет, – велела Ясновидица, заставляя его снова лечь. – Отдыхай. Не скажешь, что случилось?

– Альбатрос, – прохрипел морской.

Мракокрад замер. Это имя он уже слышал. В мыслях отца, в той секретной их части, где Арктик порой перебирал имена прочих известных дракомантов Пиррии: мать Арктика королева Алмаз, Тушкана – то ли бежавшая, то ли погибшая годы назад из песчаного племени. И Альбатрос, брат королевы морских.

О прочих ходили только слухи. Опасался Арктик лишь этих троих.

– На тебя напал альбатрос? – с сомнением спросила Ясновидица. – С… щупальцами?

– Альбатрос – это брат королевы Лагуны, – объяснил Мракокрад.

– О, – протянула Ясновидица, и ее взгляд затуманился.